До встречи в Бомбее [Meet Me in Bombay]

— Несмотря на светлые волосы, иначе как темной лошадкой тебя не назовешь, — возмутилась она.

Мэдди было сложно что-нибудь на это возразить.

— Ты ведь простишь меня?

— Ну, в конце концов, — объявила та и протестующе выставила руки, — я должна несколько минут подуться, а потом постараюсь плюнуть и растереть.

— Спасибо.

Делла наклонилась, разглядывая записку.

— Тебе страшно? — спросила она.

— Немножко, — ответила Мэдди.

— А чего ты боишься?

— Всего.

Подруга добродушно рассмеялась.

— Что, если я все испорчу, Делла?

— Каким образом?

— Я могу начать трещать без умолку…

— Это вряд ли, судя по твоим манерам.

— Или, наоборот, буду говорить слишком мало, — продолжала Мэдди, — и он будет стоять, смотреть на меня и думать: «Боже милостивый, что же это…»

— Хватит, — перебила подругу Делла. — Даже слушать не желаю.

Мэдди судорожно вздохнула.

— Все будет хорошо, — заверила Делла. — У меня чудесное предчувствие, — она посмотрела на проступающие в сумерках светлые стены виллы. — Что-то мне подсказывает, что этот ужин будет очень долгим.

— Похоже, ты права, — сказала Мэдди.

Так оно и случилось.

На вечер никак не повлияло то, что отец Мэдди приехал только через час и начало ужина пришлось отложить, и то, что сумерки давно сменились ночью. Элис сидела вместе с Мэдди, Деллой и Питером на веранде, а москиты роились над плошками с цитронелловым маслом, бокалами с джин-тоником и попадали на лед в бокалах. Элис тихо расспрашивала Деллу и Питера о поездке. «Боюсь, Мэделин очень хотелось быть с вами». Очевидно, мать старалась быть общительнее, но сейчас Мэдди это не радовало, поскольку ее нестерпимо мучило желание поскорее разузнать у Питера все о Люке. Делла, будучи не столь сдержанной, то и дело выразительно улыбалась подруге. Не раз Мэдди замечала озадаченный взгляд Элис, которая не могла взять в толк, с чем связано такое лихорадочное оживление Деллы.

Ричард появился в девять. Счастливый. Но даже его появление в дверях веранды и тепло широких знакомых объятий не смогли отвлечь Мэдди от переживаний. Несмотря на то что она крепко обнимала отца и говорила, как по нему соскучилась, радость от его возвращения чувствовала только наполовину. Все прошли в отсыревшую из-за погоды столовую, освещенную свечами, и расселись за столом, а беспокойный ум Мэдди метался между услышанным на базаре «Мисс Брайт!», припрятанным в спальне шелком, дорожкой в новогодний вечер, тикающими часами и Люком Деверо, который сейчас сидит в оживленном баре клуба «Джимхана». Она волновалась, что Люк не дождется, когда они наконец приедут туда. Она не могла ни на чем сосредоточиться, и чем больше думала о том, что увидит Люка так скоро, тем меньше ей верилось, что это произойдет. В то же время мысли об этой встрече доводили Мэдди почти до дурноты.

— Ты не хочешь есть? — спросил Ричард, заметив ее нетронутую тарелку с супом.

— На самом деле нет, — ответила она, помня, как легко отец начинал беспокоиться, учитывая ее предрасположенность к тифу и прочим болезням в детстве, — сегодня такая жара.