Против течения. Десять лет в КГБ
- Автор: Левченко Станислав
- Год: 1988
- Язык: русский
- Год: Liberty Publishing House
- ISBN: 0-914481-42-8
- Переводчик: Лариса Герштейн
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Против течения. Десять лет в КГБ». Краткое содержание книги:
Майор КГБ Станислав Левченко бежал в США в 1979 году, и в 1989 году получил американское гражданство. Именно он рассекретил имена около двухсот японских агентов самой мощной советской шпионской сети за рубежом.
В 1981 году заочно был приговорен советским судом к смертной казни.
Через два дня я явился в кабинет Долудя и сказал, что принимаю его предложение. Он поздравил меня, а потом вручил несколько анкет, которые мне предстояло заполнить.
Я, вероятно, никогда не узнаю, воспринял ли Долудь мою моральную и духовную опустошенность как нечто, делающее меня уязвимым, или как всего лишь следствие моей амбициозности. На самом деле, это не имеет значения. Но что имеет значение, так это то, что едва он завел тот разговор, я уже понял, куда он клонит, — и ответ мой уже был предопределен, сознавал я это или нет. Так или иначе я заглотил наживку.
Глава четвертая
ИГРА ПО ПРАВИЛАМ
Аутер Бэнкс, Северная Каролина
Тени становились все длиннее по мере того, как я брел по пляжу — прочь от рыбаков. Вскоре мне стало казаться, что все побережье Северной Каролины опустело — там были только морские птицы да я. Стайка куликов опустилась па песок, и я остановился понаблюдать за ними. Волна накатила на песок, и птицы заспешили прочь, подальше от морской пены, чтобы не замочиться. Но вот волна схлынула, и они бросились вдогонку, словно охотясь за морской пеной. И опять накатила волна — они отступили, она схлынула — они за ней… Отступление и погоня, отступление и погоня…
„Я знаю эту игру, — сказал я им. — Я играл в нее многие годы".
МОСКВА, 1971-1975
Прошло почти восемь месяцев прежде чем мне наконец велено было явиться на заседание специальной коллегии Первого главного управления, рассматривавшей вопрос о моем приеме в КГБ. Вопросы, которые задавали мне члены коллегии, оказались поразительно заурядными: о советской внешней политике и о марксизме-ленинизме. Я сообразил, почему эти вопросы столь элементарны: находившиеся в их распоряжении сведения обо мне были столь исчерпывающими, что они уже знали меня вдоль и поперек. Так что вызвали они меня лишь для того, чтобы убедиться в правильности своих выводов, а заодно составить обо мне личное впечатление. По окончании заседания я стал офицером КГБ.
…Неподалеку от Кремля, на площади Дзержинского расположено огромное, массивное, серое здание. На нем нет вывески. В центре площади стоит обреченный на вечное одиночество бронзовый памятник Железного Феликса — первого шефа советской тайной полиции, пользующейся зловещей репутацией во всем мире.
Впервые я побывал на Лубянке в 1971 году. Все там было преисполнено мрачной серьезности: часовой, сперва изучивший фото на моих документах, а потом мое лицо; покряхтывающие от старости лифты; длинные, сумрачные коридоры, устланные выцветшими коврами; угрюмые лица офицеров в штатском — подтянутых и вежливых. На лицах большинства тамошних работников — печать секретности, умудренности и загадочности. Это поражало. И лишь много позже я понял, что эти лица выражают сознание собственного превосходства людей, знающих нечто, не доступное прочим смертным. Каждый из них как бы говорил: „Я знаю такое, что тебе никогда не будет известно”.
И в самом деле, они знают такое, что большинству людей никогда не откроется. Только-только приехав в Америку и начав выступать перед американской аудиторией, я был шокирован тем, как мало тут известно о КГБ и о том, чем опасна эта организация для свободного мира. Но меня вернул к реальности другой бывший советский гражданин, оказавшийся в США за несколько лет до меня. „Стан, — сказал он, — откуда им знать все это? В конце концов, даже в Советском Союзе мало кто знает правду о КГБ”.
Он, конечно, прав. Теперь, обращаясь к публике, я, дабы дать ей представление о сущности КГБ, не пренебрегаю исторической информацией. КГБ был создан два месяца спустя после Октябрьской революции и назывался тогда ЧК (Чрезвычайная комиссия). Возникла ЧК по личному распоряжению основателя советского государства Ленина. Почему социалистической революции понадобилась тайная полиция? Ответ на этот вопрос лежит в истории самой революции.
Последствия первой мировой войны были разрушительными для России. Разоренная войной страна погрузилась в хаос, всюду царили беззаконие и грабежи. Не обошел страну и голод. Экономическое положение масс все ухудшалось, и вместе с этим росло их возмущение деятельностью коррумпированного и бюрократического царского правительства. Общественный климат становился все более неустойчивым.