![Средневековье [litres с оптимизированной обложкой] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/2/0/9/7/srednevekove-litres-s-optimizirovannoj-oblozhkoj-download.jpg)
Средневековье [litres с оптимизированной обложкой]
- Автор: Каракаев Борис Сергеевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-122556-8
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Средневековье [litres с оптимизированной обложкой]». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Но отчего же, среди столь обширной и богатой результатами деятельности, это благородное лицо носит почти постоянное выражение внутренней глубокой грусти? В дружеских разговорах Людовика с Жуанвилем, в беседах его с учеными, которыми он любил окружать себя, в дошедших до нас словах его молитвы – часто слышится скорбный голос души, недовольной действительностью, не обретшей в ней удовлетворения своим требованиям. Нигде это чувство не высказалось так просто, как в следующих словах духовника королевы Маргариты. «Блаженный король чудесным образом пожелал (иметь) дар слез, и поверял своему исповеднику, что ему недостает слез и говорил кротко, смиренно и доверительно, что когда во время литании говорят следующие слова: «Господь, мы просим у тебя, чтобы ты нам дал фонтан слез», святой король с благочестием говорил: «О Господь Бог, я не осмеливаюсь требовать фонтан слез; мне были бы достаточны несколько слезинок, чтобы оросить свое черствое сердце…» И как то раз он признался своему исповеднику, что как то раз Господь наш дал ему в дар слезы: эти слезы, когда он чувствовал, как они тихо текут по его лицу и попадают в уста, они казались ему столь сладостными и приятными, и не только сердцу, но и устам».
Недовольный миром Людовик несколько раз обнаруживал намерение отказаться от власти и искать покоя в стенах монастыря. Но жизнь, которую он вел во дворце своем, была так чиста и строга, что могла служить достойным образцом для тогдашнего духовенства. Государственная деятельность не тяготила Людовика, ибо он по преимуществу был мужем долга и подвига. В отношениях его к семейству раскрывались не внесенные нами в эту краткую характеристику свойства нежной и любящей души, которой суждено было совместить все добродетели государя, рыцаря, инока и простого гражданина.
Скорбь Св. Людовика исходила из сознания непрочности того мира, на поддержание которого он употребил лучшие свои силы. Он не мог не чувствовать несостоятельности средневековых форм жизни. Поддерживая одной рукою разлагавшийся порядок вещей, Людовик IX другою закладывал здание новой гражданственности. Собственным чувством права и введением в суды юристов, проникнутых идеями римского законодательства, он убил феодальную неправду. Святостью жизни и нравственною чистотой он осуществил самый возвышенный из нравственных идеалов Средневековья, но чрез это самое укрепил монархию, полное развитие которой было несовместимо с сохранением средневековых учреждений, потому что за ними каждое сословие укрывало свои корыстные и исключительные притязания.
Народ привык видеть в короле верховного, чуждого всякого пристрастия судью. В великие эпохи своей истории, во дни блестящих торжеств и тяжелых испытаний, французские короли называли себя недаром сынами Св. Людовика. Его делом было нравственное значение французской монархии. Предшественники его действовали силой и искусством; к этим двум орудиям он присоединил третье – право. Он внушил к монархическому началу доверие, которого долго не могли поколебать ни грехи, ни несчастья его преемников. Читая некоторые из законодательных памятников его царствования и смотря на них с современной нам точки зрения, нельзя иногда не удивиться жестокости наказаний, определенных за проступки, которые ныне караются только общественным презрением.
Но в таких случаях Людовик IX был верен основному началу всей своей деятельности: он смотрел на государство как на христианскую общину, и не давал в нем места греху.
В сфере науки он допускал спор и разногласие, сам посещал аудитории Парижского университета и охотно слушал лекции и прения знаменитых наставников. Но спор с еретиками, обличение их словом, предоставлял он исключительно ученым; мирянин в подобных случаях должен был, по его мнению, действовать одним мечом, не подвергая своего беззащитного ума ненужному искушению.