Жизнь и шахматы. Моя автобиография [litres]

Изменить свое мнение пришлось и Албану Бродбеку, но без какого-либо нажима с чьей-либо стороны и совершенно точно без моего участия. Жене и сыну Корчного разрешили выехать через Вену в Израиль по вызову какой-то дальней родственницы. Узнав об этом, Бродбек тут же предложил Корчному поехать в Вену и забрать семью. Однако Виктор отговорился сверстанными планами и сообщил ошарашенному другу, что никак не может отменить их ради воссоединения с родными. Албан был поражен, но природная порядочность не позволила ему остаться в стороне, и, съездив в Вену, он привез Бэлу – жену Корчного – и Игоря к себе домой. Конечно, сообщил об этом Виктору, который пообещал приехать, как только позволят дела. Дела позволили ему это сделать спустя четыре месяца. Причем появился он на пороге у Албана под руку с Петрой, и Бродбеку потребовалось приложить немало усилий, чтобы хотя бы на время выставить ее из дома и позволить Корчному пообщаться с семьей без присутствия посторонних. Общение, однако, свелось только к заявлению Корчного о том, что у него другая семья, жить с прежней он не собирается, но будет помогать. Помогал, как рассказывала потом Бэла своей подруге Алле – жене моего тренера Фурмана, – весьма скромно. Она была благодарна судьбе за то, что они остались в Швейцарии, где Игорь смог окончить престижный вуз, но могла ли она быть благодарной мужу за череду испытаний и унижений? Никому подобные переживания не прибавляют здоровья, а Бэлу они здоровья лишили окончательно – она скончалась от онкологии через несколько лет после эмиграции.

Эти события не могли не изменить отношения Албана и еще одного их общего друга – Питера – к Корчному. Почему же, собственно, Виктор обвинял меня в краже друга? Ведь никто, кроме него самого, не виноват в том, что произошло. Очевидно, Корчной воспользовался тем, что мы с Албаном по-настоящему сдружились по прошествии лет, а ему эта ситуация претила. Бродбек живет в Швейцарии в двух местах: у него большой собственный дом недалеко от Базеля, а головной офис его юридической компании находится в небольшом кантоне восточной части Швейцарии в городе Гларус. Гларус славится музеем Суворова и своим шахматным клубом, почетным членом которого и является много лет Албан Бродбек. И однажды я получил приглашение встретиться с любителями шахмат в Гларусе. Не помню, почему я не поставил никаких ограничений для участников сеанса. Возможно, рассчитывал на то, что город маленький и слишком большого интереса мой приезд не вызовет. Однако клуб этого маленького города оказался очень достойным, а мастерство его членов – выше всяких похвал. Так что сеанс одновременной игры продолжался около пяти часов. Наверное, мое терпеливое отношение к каждому желающему сразиться со мной уже вызвало симпатию Албана, а по окончании встречи он пригласил меня на ужин, который перешел в беседу у него дома, и закончился разговор примерно в пять утра. Оказалось, у нас с Бродбеком очень много общего, мы одинаково смотрим на важные в жизни вещи, в том числе и на ситуацию вокруг Корчного. Мы сблизились до такой степени, что впоследствии Албан стал руководителем моей делегации во время матча с Виши Анандом в Лозанне. Всегда с удовольствием бываю у него в гостях в Швейцарии, играю и с ним, и с Питером в теннис. Мне легко, интересно и надежно с этими людьми.