Наследница огненных льдов
- Автор: Ванина Антонина
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Наследница огненных льдов». Краткое содержание книги:
Я нерешительно приняла подарок, но всё же спросила:
– А что мне делать, если я и вправду замечу в диком стаде вашу важенку с подрезанными ушами? Мне её придётся вернуть вам?
– Ты что, она твоя теперь, как и её рогулька. Ты, главное, рогульку береги, в ней же душа важенки. Если сломаешь рогульку, помрёт важенка, если сожжёшь, тоже помрёт.
– А если потеряю?
– Ну, потеряешь, так может быть, кто другой рогульку найдёт, тогда его важенка будет. А я думаю, раз рогулька теперь у тебя, важенка тебе обязательно покажется. Пусть тогда твой большой муж её схватит и с собой уведёт. А что, важенка эта по весне обязательно оленёнка принесёт, и не простого, а полудикого, а значит, сильного и крепкого. Вот с этой важенки и оленёнка и начнётся твоё стадо. А то, оленей у тебя совсем нет. Как так жить? А важенка каждый раз будет оленёнка приносить, так и будет расти твоё стадо. Богатой станешь, нужды и голода не будешь знать. Только новые рогульки для оленят не забывай строгать. А когда у тебя детишки родятся, ты им отдавай в подарок оленёнка, что в этот же год родился. И у детей должно быть стадо, когда они вырастут.
А дальше я узнала столько всего о праве наследования оленей… Всё-таки до чего же у островитян всё продумано. Дети при рождении получают от родителей оленят, которые за время взросления чада успевают подрасти и размножиться, чтобы потом составить костяк самостоятельного стада для возмужавшего парня или приданого для девушки. После женитьбы муж должен пасти и приумножать стадо жены, но никогда хороший муж не станет забивать на мясо её оленей – только своих. Если случится развод, женщина заберёт с собой всех нажитых ею в браке оленей, а если овдовеет, то разделит стадо мужа вместе с детьми. Если вдова захочет вновь выйти замуж, новый муж тоже будет приумножать её стадо. Если захочет остаться одна, она просто наймёт пастухов, и те будут смотреть за её стадом. В любом случае, она никогда не помрёт с голоду.
Какие правильные законы. Всё-таки я зря поспешила счесть здешних оленеводов женоненавистниками. Тэйми бы здесь не обидели. Правда, у неё нет своего первоначального стада, чтобы быть независимой и гордой. А она очень гордая. Нет, всё-таки лучше бы ей вернуться на побережье.
Стоило мне подумать о Тэйми и том, с какими бы словами подойти к ней, чтобы вернуть нашу дружбу, край шкуры на входе в ярангу шелохнулась, и на застеленном мехами полу отчётливо забелел упитанный комочек шерсти.
Брум уверенно зашагал ко мне, а Нурайнат на всякий случай подвинулась в сторону полога. Конечно, дух чужого очага пришёл, мало ли что от него можно ждать.
– Ну что, соскучилась по мне? – первым делом спросил меня Брум.
– И вправду, – подсчитала я, – мы же целые сутки не виделись.
– Вот именно. Кормилица прислала меня узнать, как будем делить остатки мороженого оленя в нарте. Тебе ляжку или грудинку?
Ну вот, дожили... Брум теперь посыльный, а Тэйми так на меня обижена, что лично не скажет ни слова. Даже наши общие запасы мы теперь будем делить и употреблять врознь. Хорошо, хоть посоветовавшись.
Я что-то буркнула Бруму, а он не стал переспрашивать и ушёл. Ни разговаривать, ни обсуждать оленей и блюда из них мне больше не хотелось. Мне просто стало ужасно одиноко и даже страшно. Страшно оттого, что теперь я точно осталась одна, без поддержки, без совета и доброго слова. Хотя, Мортен никуда от меня не ушёл, вон он, спит за пологом. А потом он проснётся, чтобы снова отправиться на ночную охоту…
А ведь мне больше не страшно спать за пологом одной, нет. Теперь мне просто тоскливо без Мортена. Не знаю, когда я успела привыкнуть к его объятьям и поцелуям, но теперь, когда рядом ни одного родного лица, когда на дворе лютая стужа, так хочется вновь согреться чужим теплом, хочется почувствовать себя любимой. Если бы только этой ночью Мортен был рядом со мной, а не охранял стадо, я бы сказала ему, что только теперь поняла, как он дорог мне. Но его не будет рядом.
Глава 84
Проснулась утром я от суеты в яранге. Ночные пастухи вернулись с дежурства раньше обычного, а остальные домочадцы принялись суетливо снимать шкуры с жердей и заворачивать в них посуду.