Все расследования Шерлока Холмса [litres]

Следуя его совету, я ничего не терял, поэтому вместе с полицейским мы поспешили в обратном направлении, но на Уайтхолл было полно транспорта и прохожих, все спешили укрыться от дождя. Нам явно никто не подсказал бы, проходил ли здесь кто-нибудь.

Мы вернулись в здание и осмотрели лестницу и коридор, но ничего не нашли. Проход, ведущий к кабинету, покрыт кремовым линолеумом, если бы по нему кто-нибудь прошел, там бы обязательно остались следы. Но никаких следов мы не обнаружили.

– Скажите, а дождь шел весь вечер?

– Примерно с семи часов.

– Тогда почему женщина, заходившая в кабинет в девять часов, не оставила на линолеуме следов грязной обуви?

– Я рад, что вы об этом спросили. Я сам об этом тогда подумал. Уборщицы обычно переобуваются в тапки в комнате консьержа.

– Понятно. Значит, несмотря на то что весь вечер шел дождь, следов не было? Крайне любопытно. Что же вы сделали потом?

– Мы осмотрели и сам кабинет. Никакой тайной двери там быть не может, а окна находятся высоко, футах в тридцати над землей, к тому же оба окна были заперты изнутри. На полу лежит ковер, так что люк исключается, потолок обычный, беленый. Я голову даю на отсечение, что тот, кто украл документы, проник в кабинет через дверь.

– А камин?

– Камина там нет. Только печка. Шнурок от звонка висит рядом с моим столом, справа. Чтобы позвонить, нужно было подойти прямо к моему столу. Только почему преступнику пришло в голову позвонить? Ума не приложу.

– Дело это, вне всякого сомнения, необычное. Каковы же были ваши следующие действия? Вы, очевидно, обыскали кабинет в поисках следов преступника… Кончик сигары, оброненная перчатка, шпилька, какая-нибудь другая мелочь?

– Ничего подобного мы не нашли.

– Запах?

– Об этом мы как-то не подумали.

– Жаль, в подобном расследовании, скажем, запах табака имел бы огромное значение.

– Сам я не курю, поэтому запах табака, наверное, почувствовал бы. Улик не было никаких. Единственное, что показалось мне необычным, это то, что жена консьержа, миссис Танджи, так ее зовут, столь поспешно покинула здание. Сам консьерж никак не мог объяснить ее поведение, сказал лишь, что она всегда уходит домой примерно в это время. Я посоветовался с полицейским, и мы решили, что лучше всего будет схватить женщину, пока она еще не успела избавиться от бумаг (если, конечно, они были у нее).

К этому времени о происшествии уже стало известно в Скотленд-Ярде, и на место преступления явился мистер Форбс, сыщик. Он энергично принялся за дело. Мы взяли кеб и уже через полчаса прибыли по указанному адресу. Дверь нам открыла девушка, которая оказалась старшей дочерью миссис Танджи. Ее мать еще не вернулась, поэтому она провела нас в гостиную, где мы и стали дожидаться.

Примерно через десять минут раздался стук в дверь, и тут мы совершили непростительную ошибку, в которой я виню исключительно себя: вместо того, чтобы самим открыть дверь, мы позволили сделать это девушке. Мы услышали, как она сказала: «Мама, тебя дожидаются двое джентльменов», – после чего сразу же раздались торопливые шаги по коридору. Тогда Форбс распахнул дверь и мы выбежали то ли в кухню, то ли в заднюю комнату. Женщина была уже там. Она вызывающе взглянула на нас, но тут узнала меня, и на лице у нее появилось выражение крайнего изумления.