Фаворские. Жизнь семьи университетского профессора. 1890-1953. Воспоминания

Автобус останавливается, но нас не торопятся выпускать. Вокруг «санитарки» слышны голоса, видеть мы никого не видим, потому что уже темно. Академики начинают беспокоиться, А. С. Орлов, желчный и раздражительный человек, возмущаясь, говорит: «Какую-то Захаровну дожидаются!». Евгения Захаровна была директором курорта. Наконец явилась и Евгения Захаровна и распорядилась кого куда везти, в какие дачи и корпуса размещать. Нам отвели две комнаты в сравнительно небольшой деревянной даче. В каждой из них стояло по пять кроватей. Много места занимали громадные печи, и, когда внесли наш обширный багаж, по комнате с трудом можно было передвигаться. Алексей Евграфович остался очень недоволен нашим помещением и назвал его «ночлежкой». Разместились мы так: в одной комнате легли родители, мы с Машей и Марией Павловной, в другой — все остальные. Было уже поздно, все устали, и мы, не разбирая вещей, легли на приготовленные постели, застланные чистым бельем и серыми с черными полосами суконными одеялами, усталость взяла свое, и все крепко уснули. Утром все пошли в столовую завтракать.

Курорт уже перестал функционировать, оставались только немногие больные, которые вскоре уехали. После завтрака я пошла с детьми гулять, чтобы они не толкались в комнатах и не мешали устраиваться. Все помещения санатория были расположены «в парке». Это не был собственно парк, а просто большой участок леса, в котором свободно росли березы и сосны, были проложены немногочисленные дорожки и кое-где встречались скамейки. Между отдельными зданиями были устроены более широкие дорожки, обсаженные акациями и другими кустами, носившие разные названия. Около нас проходила «Аллея грез», дальше была «Аллея любви», и т. п. Они выходили на широкую дорогу, ведущую с одной стороны в поселок, с другой стороны уходившую за пределы санатория. В парке на больших расстояниях друг от друга были расположены два двухэтажных каменных корпуса, несколько одноэтажных больших зданий и целый ряд небольших деревянных дач. Когда мы приехали в Боровое, мы уже застали там эвакуированных из Москвы академика Николая Дмитриевича Зелинского[490] с женой и двумя сыновьями: Андреем, лет восьми, и Николаем, двух лет. Академика Владимира Ивановича Вернадского[491] с двумя старушками-сестра-ми, жену академика Зернова[492] Викторию Петровну с внучкой Ветой (Викторией), девочкой лет семи. Академика Леонида Исааковича