Звёзды в сточной канаве
- Автор: Бешлык Андрей
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Контркультура
Электронная книга - «Звёзды в сточной канаве». Краткое содержание книги:
Хотя, с окончанием длинных выходных и приходом рабочей недели, жизнь в диспансере и так стала менее скучной.
После завтрака заместитель главного врача совершил такую уже подзабытую нами процедуру, как обход. Лично ко мне подошёл, одобрительно глянул на открытую посередине книгу Сент-Экзюпери и спросил:
– Как вы себя чувствуете?
Я ответил, как есть:
– Так скучаю, что в кой-то веки даже начал читать классику. Скорей бы выписка, и снова на работу.
Что вызвало дружный гогот соседей по палате. Не понимавших, что так оно и есть. Обманывать я не умею и не люблю. По крайней мере, когда трезвый.
С выходом на работу начальства люди в палатах начали меняться. Одних оформляли на лечение, других наоборот выписывали.
За выписанными часто приходили родственники забирать их – то ли помочь добраться до дома, то ли следить, чтоб не назюзюкались по дороге.
По крайней мере, те, кто не хотел подшиться или закодироваться.
По стандартной процедуре, перед выпиской подшивки и кодировки предлагали всем. Но не обязательно, а по желанию. Большинство отказывались.
Больше всех мне запомнилась одна колоритная пара. Маленькая, худенькая, но волевая старушка и здоровенный детина, несколько старше чем я, у которого печень выпирала, примерно как два-три месяца беременности.
– Не хочу я кодироваться! Зашивать меня тоже бесполезно, – повышал голос мужик с увеличенной печенью, сдабривая фразы словами, что я здесь пропущу, – Я хочу одного – чтобы меня научили правильно пить!
– Заткнись! – оборвала бабуля разбушевавшегося сына, – сейчас тебе сделают укол под печень на полтора года. Авось, она поправляться начнёт. Деньги на него дам. А не захочешь, я подам иск в суд о признании тебя недееспособным. А то уже полгода сидишь на моей шее – не работаешь, только пьёшь. А так хоть пенсия по инвалидности будет капать. Которую будут выдавать мне, чтобы ты не пропивал.
Здоровяк мигом присмирел и покорно последовал в кабинет врача за матерью.
Мужику было на вид лет сорок. Его матери, соответственно, около семидесяти. Полностью седая.
А сколько седины я своей маме добавил в «благодарность» за заботу обо мне?
* * *
Пятнадцать лет назад, что для меня сейчас ровно полжизни, она с тяжёлым сердцем провожала нас с отцом в поездку к его родственникам в отпуск.
Я радовался этому путешествию, даже ради него сдал досрочно экзамены за девятый класс, чтобы успеть поехать, пока у папы отпуск.
А взрослая женщина предчувствовала беду.
И женская интуиция её не обманула. По возвращении домой, оказалось, что это была прощальная поездка. Папа хотел напоследок познакомить меня с нашими общими родственниками за пределами области, и как только сделал это, в июле 99-го года подал на развод.
Он был моряк, и мать давно подозревала, что у него, как и у многих его коллег, по невесте в каждом порту. Но гнала от себя мрачные мысли. Пока они не подтвердились. Он нашёл себе другую женщину в Мурманске. Судебной волокиты не было. Мать безропотно выкупила у него долю в квартире, чтобы он смог встать на ноги, вступив в новый брак.
Для чего пришлось взять банковский кредит. А пятнадцатилетний сын в зарабатывании денег был не помощник. Только ел его растущий организм ого-го. Вот и приходилось маме с нищенской учительской зарплатой в конце девяностых и начале нулевых рвать себя на британский флаг, подыскивая возможности заняться репетиторством после работы.
Подросток, соответственно, оказался предоставлен самому себе и получал воспитание на улице. И что ему было делать в лихие девяностые? Я начал пить.
Между десятым и одиннадцатым классом тусовался я с одной компанией на школьном дворе, который ещё не был огорожен, частенько приходя туда вечером выпивать-закусывать.
Заводилы этой тусовки купили в соседнем киоске пацанам помладше, вроде меня, пиво, а себе и старшим водяру.
Разлили по стаканам.
Я взял, вопреки ожиданиям, стопку водки. Одним богатырским глотком замахнул и пивом запил.
Все пацаны очень удивились, что ботаник, идущий на золотую медаль, пьёт больше авторитетных школьных хулиганов.
А мне это ужасно льстило.
Но тут завуч решила мне кайф порушить.
Она шла домой от автобусной остановки, срезая путь через школьный двор, и на свою беду меня заметила.
– Черкасов! Что-то я раньше не замечала у тебя склонности к пьянству, – захотела она строгим голосом с места в карьер испугать меня. Но пугать уже изрядно опьяневшего подростка было также бесполезно, как пугать ежа голой задницей.