Фрагменты прошлого [ЛП][Half Past]

Ее матери-хиппи это наверняка понравится.

Сказав себе, что желание, пробежаться голышом по лугу, придет позже, если вообще придет, Ханна встала и пошла по траве, пока не дошла до середины луга. Она посмотрела на небо, где, между густыми облаками, лениво светило солнце. Она шарила ботинками по земле вокруг себя, проверяя, есть ли здесь еще садовые борозды. Но земля была гладкой.

Деревья поменьше образовывали дальнюю линию леса, и когда Ханна заметила ровное расстояние между стволами, то направилась туда. И действительно, когда она подошла ближе, носок ее ботинка зацепился за мокрое старое яблоко. Фруктовые деревья отмечали эту границу сада.

Если бы семья Смитов не переехала в Айову, это была бы жизнь Ханны. Работать под солнцем в этом саду, собирать яблоки на обед, обсуждать социальную справедливость и неравенство. В жаркие дни тайком плескаться в реке голышом.

С другой стороны, она была не совсем «Мать Земли». Возможно, Биг-Сур был бы таким же удушающим, как Косвэлл. Здесь не было никаких цифр, которые можно было бы обрабатывать, не было панк-концертов, и она не видела никаких доказательств того, что вид на океан выявит ее заботливую сторону более эффективно, чем кукурузные оладьи.

Существовала вероятность, что она могла бы вписаться. Или, по крайней мере, рядом была бы мать, которая понимала бы ее.

Неужели неловкость в собственной семье была причиной всех неудач в ее жизни? Именно поэтому у нее было так много проблем с налаживанием связей? Ханна никогда не чувствовала, что Дороти не любит ее, но, должно быть, в этом была какая-то неуверенность. Какая-то обида, которую Ханна почувствовала еще в детстве. Ни одна женщина не смогла бы принять внебрачного ребенка своего мужа без небольшой обиды. И Ханна что-то уловила в детстве.

Она просто… похоже, не могла завязать отношения. Никогда не было определенного щелчка, чтобы сообщить ей, что она, наконец, сделала что-то прочное и постоянное. Это всегда было похоже на то, как схватить что-то слишком горячее и посмотреть, как долго она сможет продержаться.

Была ли ее биологическая мать такой же? Ханне нужно было выяснить, была ли эта женщина все еще здесь или ее давно унесло приливом.

Когда она повернулась, чтобы идти обратно через луг, ее взгляд остановился на коричневом оттенке, который выделялся на фоне остальной части леса. Она двинулась к северо-западному углу луга и прищурилась, пытаясь составить образ из головоломки движущихся теней и пересекающихся ветвей. За фруктовыми деревьями, приютившимися под пологом секвой, серый угол привел ее взгляд к остаткам деревянной стены.

Ханна раздвинула ветви яблонь по обе стороны от себя и наклонилась, чтобы подойти поближе. Это определенно было старое здание. Между двумя расставленными досками она заметила блеск чего-то белого. Может быть, раковину.

― Это ядовитый дуб, ― раздался за ее спиной скрипучий голос.

Ханна развернулась и чуть не выколола себе веткой глаз. Прищурившись, она посмотрела на мужчину сквозь ресницы.