Судьба «румынского золота» в России 1916–2020. Очерки истории [litres]

Советская сторона, как следует из приведенной выше радиограммы Чичерина Раковскому от 4 марта, ясно понимала, с чем столкнется на переговорах: «бессарабский вопрос» и судьба румынских ценностей сплелись в тугой узел. Следовало думать о контраргументах, и таковыми могли стать захваченное румынами российское имущество, в первую очередь военное, и взаиморасчеты за долги, накопившиеся между двумя странами за годы Первой мировой войны, с явным перевесом в пользу России.

Настаивая на участии Советской Украины в переговорах, советская сторона предложила провести их в Харькове, месторасположение которого, как отмечалось в советской ноте, «благоприятно для того, чтобы облегчить непосредственные и непрерывные сношения со всеми правительствами всех трёх государств». Румыны отказались, предложив, в свою очередь, в качестве альтернативы польскую столицу. Но теперь уже возражала советская сторона. Чичерин 17 марта 1920 г. уведомил румынское правительство, что РСФСР не может вести переговоры в Варшаве в силу военных действий с Польшей, и вновь предложил Харьков. Обсуждение «оргвопроса» явно затягивалось. Внимание Бухареста было направлено на советско-польские дела с намерением извлечь для себя пользу.

Польша продолжала оставаться наиболее опасным очагом напряжённости[157]. Франция, как уже отмечалось выше, поддерживая все антибольшевистские силы, подталкивала Румынию к союзу с Варшавой. Оценивая позицию Франции и в целом стран Антанты, нарком иностранных дел Г.В. Чичерин в июне 1920 г. писал Л.Д. Троцкому: «…Мы вполне верим многочисленным сообщениям о присутствии в Румынии французских офицеров и указаниям на попытки Франции, а, может быть, и вообще Антанты, втянуть в войну Румынию. Последние сведения из румынской печати сходятся, однако, на том, что Румыния не идёт по этому пути»[158]. Нажим на Румынию западных стран признавал и Л.Д. Троцкий. Видимо, с целью парировать его Троцкий в записке, направленной в Политбюро ЦК РКП(б) 19 июня 1920 г., предложил вновь инициировать переговоры с Румынией, но Политбюро посчитало предложение мира Румынии несвоевременным[159]. Троцкий, однако, продолжал настаивать на своем предложении. 24 июня 1920 г. в телеграмме членам Политбюро ЦК РКП(б) он писал: «Снова возобновляю своё предложение об открытом мирном обращении к Румынии. Поскольку Антанта теперь нажимает на Румынию с целью интервенции, нажим станет для неё труднее после нашего предложения Румынии. Наше обращение ни в коем случае не может быть истолковано или понято как признание слабости. Факт мирного обращения во время крупных военных успехов[160] усилит позицию наших друзей во всех странах…»[161].