Первые перелеты через Ледовитый океан
- Автор: Байдуков Георгий Филиппович
- Год: 1977
- Язык: русский
- Год: Детская литература
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Первые перелеты через Ледовитый океан». Краткое содержание книги:
— С вами вечная история — «в общем, неблагоприятная»...—взорвался Чкалов.— А когда будет лучше?
— На восемнадцатое, девятнадцатое и двадцатое июня ничего гарантировать не можем,— настаивал Альтовский.
— Обождите спорить,— пытался я урезонить Валерия Павловича и Василия Ивановича,— давайте-ка сообща посмотрим прогнозы по отдельным участкам.
Я уже видел, что Саша Беляков перебирает синоптические карты и о чем-то шепчется с представителем отдела долгосрочных прогнозов Дулетовой.
Всегда спокойный, уравновешенный и рассудительный, наш штурман встал и, подойдя к Чкалову и Альтовскому, сказал:
— До Архангельска, а точнее, до Кольского полуострова погода к восемнадцатому-девятнадцатому июня будет способствовать полету на малой высоте с большой нагрузкой...
Трудным районом казался участок от Земли Франца-Иосифа к Северному полюсу. Но метеорологи сами затруднялись точно определить скорость и направление барических систем.
Очень опасным Альтовский считал путь над Скалистыми и Прибрежными горами, где могли встретиться мощные грозовые фронты.
Но, рассматривая детали этого «темного дела», как называл Чкалов долгосрочные прогнозы, мы на ходу мысленно смягчали тяжелую обстановку, и погода на глазах творцов синоптических карт стала заметно «улучшаться». Метеорологи посмеивались и все же согласились, что погодка хотя и неважная, но лучшей в ближайшее время не будет.
Мы ушли втроем в соседнюю комнату посоветоваться.
— Ну, как будем решать, Егор? — спросил Чкалов.
— Что нас ожидает через трое суток — предсказать трудно. Но важно одно: вскоре начнется вторжение теплых масс и тогда мы застрянем на аэродроме. Важно иметь приличную погоду первые десять часов, а там будет видно...— ответил я.
— Значит, ты настаиваешь на вылете?
— На вылете послезавтра, не позже,— заключил я.
— А ты, Саша?
— Конечно, погода дрянная, чего тут ругать синоптиков,— рассуждал Саша,— но вылетать все же следует восемнадцатого или девятнадцатого июня.
— Значит, решили единогласно: вылетаем послезавтра!..
Два Василия Ивановича, Чекалов и Альтовский, и все собравшиеся к ним на это важное совещание замерли, когда мы вышли к ним и Валерий Павлович объявил решение экипажа: вылетать 18 июня.
Всем еще не верилось, что при таком заключении метеорологов можно решиться на полет. Не верили и волновались. Но постепенно и метеоспециалисты и штаб перелета согласились с экипажем. На лицах появились торжественные улыбки. Чкалов уже шутил и подначивал синоптиков, благодарил их, обнимал на прощание и говорил:
— Погода зависит во многом от состояния психики потребителя, дорогие метеорологи. Учитывайте это обязательно. Взглянем на погоду, как на красоту — одному нравится, а другого с души воротит...
Мы стояли рядом и обнимали друг друга, как бы подкрепляя важное решение взаимным пониманием, бесконечным доверием друг к другу и самой искренней дружбой.
Расстались мы с метеорологами — людьми одной из самых трудных профессий на свете — тепло и сердечно, просили их, когда будем в полете, подробно информировать о погоде.
От метеорологов поехали в Главное управление, надо было решать вопрос о вылете. Беседа здесь затянулась, и я попросил разрешения уехать с Беляковым в Щелково; чтобы довести до конца отбор карт территории Канады, Аляски и северной части США, а также вместе с конструктором Сергеевым уточнить допуск на точность часового механизма солнечного указателя курса.
Пока мы бешеным темпом завершали подбор летной документации, наш командир вел бой за право вылететь завтра. Его азартная убедительная позиция склонила чашу весов в нашу пользу. Решено было позвонить в Политбюро Сталину. Иосиф Виссарионович сначала выслушал наркома оборонной промышленности, потом спросил, как относится к вылету экипаж самолета и его командир. Чкалов по телефону выложил все откровенно и предельно ясно. Но, видимо, Сталин, почувствовав, что летчики спешат, и решив лично переговорить со специалистами-метеорологами, сказал, что горячиться в таком деле нельзя. Обещал дать ответ попозже...
В 18 часов раздался долгожданный звонок — Политбюро согласилось с предложением экипажа Чкалова, о чем нас немедленно и поставили в известность.
Наконец все собрано. На столе лежит довольно толстая книга американского полярника ученого Стефансона «Гостеприимная Арктика». Беляков бережно взял ее, погладил и положил на ладонь, будто взвешивал. Я это видел.
— Без колебаний, Саша, бери на борт. Он качнул головой, положил книгу сверх маленькой стопки бумаг и ответил: