Перекресток версий. Роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» в литературно-политическом контексте 1960-х — 2010-х годов
- Автор: Бит-Юнан Юрий Геваргисович, Фельдман Давид Маркович
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Неолит
- ISBN: 978-5-9909479-4-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Перекресток версий. Роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба» в литературно-политическом контексте 1960-х — 2010-х годов». Краткое содержание книги:
Книга предназначена историкам, филологам, политологам, журналистам, а также всем интересующимся отечественной историей и литературой XX века.
Впрочем, подобного рода оправдания относились бы лишь к вопросу о наличии/отсутствии преступного умысла. Что до политической оценки «Крутого маршрута», так все уже было сказано посевовскими редакторами: антисоветское сочинение, потому и рукопись доставлена в издательство нелегально.
Для КГБ политическая оценка — отнюдь не первоочередная задача. Иностранная публикация стала, подчеркнем, уже постольку антисоветской, поскольку была несанкционированной. Требовалось бы лишь выяснить, сама ли Гинзбург инициировала доставку рукописи за границу, или сотрудники «Нового мира» оказались инициаторами.
Нет оснований полагать, что с иностранными публикациями Гинзбург не ознакомились в КГБ. И в ЦК КПСС тоже поступили сведения. Но там, подчеркнем, не торопились принимать решения.
Асимметричный ответ
К лету 1967 года международная известность гинзбурговской книги ширилась, ее переводили на европейские языки. Разумеется, не спрашивая разрешения автора.
О нарушении прав Гинзбург впервые заявила газета итальянской коммунистической партии «Унита». 1 июня 1967 года там опубликована статья, включавшая в себя интервью с автором «Крутого маршрута». Как сказано в редакционном врезе, «трагической и человечной книги, написанной истинной коммунисткой»[62].
Эта характеристика повторена не раз. В статье подчеркивалось, что бывшая лагерница по-прежнему верна идеалам юности: «На широком лице сельской учительницы Евгении Гинзбург — улыбка. Уверенная и яркая улыбка, обретенная раз и навсегда. Мы говорим с ней о ее книге „Крутой маршрут“, ставшей столь популярной в Италии. Это, как уже известно читателю, история советской коммунистки, оказавшейся в трагическом водовороте репрессий. Арестованная по ложному обвинению в 1937 г., как многие и многие другие коммунисты, она познала жизнь в трудовом лагере Эльгена и Магадана. На свободу вышла лишь десять лет спустя и лишь для того, чтобы вскоре после того вновь попасть под арест. Тянулись долгие годы заключения, пока благодаря растущему самосознанию страны не начал назревать ХХ съезд партии. В 1955 г. Гинзбург смогла вернуться в Москву и получить справку о реабилитации и партбилет».
Далее авторы статьи вновь перешли к оценке романа. Прежде всего — политической: «Книга вышла в Италии, но это, как нетрудно заметить, лишь первая часть гораздо более пространного сочинения, „хроники времен культа личности“, характеристики самой атмосферы событий, которые нанесли столь глубокую рану Стране Октября. Это свидетельство коммунистки, которая обрела уверенность в людях, в партии, в товарищах, в их способности выявлять ошибки, уверенность в неудержимой силе веры».
Обсуждалась и специфика издания. В нынешней терминологии — пиратского: «Часть книги уже вышла в Италии, но она еще не издана в СССР. Это обстоятельство объяснил сам редактор в небезынтересном постскриптуме. Написано это рукой умелого „издателя-искусителя“, который сделал ставку на громкое событие и решил создать вокруг книги и ее автора атмосферу таинственности, секретности. Издатель пишет, что работа эта попала на Запад „почти случайно“. „Скажем, — добавляет он, — что работа эта была найдена“, а еще „автор ее живет и работает в Москве“».
Сотрудники издательства «Мондадори» и в самом деле выбрали интригующие приемы. Вот и возникло противоречие: либо рукопись «Крутого маршрута» распространялась с ведома автора, тогда за границу попала закономерно, либо Гинзбург о том не подозревала. Обороты же «почти случайно» и «была найдена» не объясняют ничего.
Если верить итальянским журналистам, они, почерпнув сведения в «небезынтересном постскриптуме», решили выяснить, что же скрывал «издатель-искуситель». Откладывать не стали: «Вот мы и приехали в Москву, в квартиру той самой писательницы. Здесь, на правой стороне Ленинградского проспекта, множество писательских квартир, а напротив — недавно построенный воздушный терминал. Квартира эта, правда, пока плохо обставлена: Гинзбург получила ее всего несколько недель назад от Союза Писателей СССР. До вчерашнего дня она жила со своим сыном, новеллистом Василием Аксеновым. На круглом столе, рядом с пишущей машинкой, лежат машинописные страницы последней главы второй части книги».
Далее — описание интерьера. В первую очередь, понятно, книжные полки, где рядом с русской и советской классикой — «итальянское издание „Крутого маршрута“».
62
Здесь и далее цит. по: Guerra A. Colloquio a Mosca con Evghenia Ginzburg. Il viaggio nella vertigine // l’Unita. 1967, 1 giugno. Пер. с итал. Ю. Г. Бит-Юнана.