Сонеты 13, 131 Уильям Шекспир, — литературный перевод Свами Ранинанда
- Автор: Комаров Александр Сергеевич, Komarov Alexander Sergeevich
- Серия: Переводы сонетов Уильяма Шекспира #13131
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Enigmatica
- ISBN: 20220531-10391501
- Переводчик: Комаров Александр Сергеевич
- Жанр: Классическая зарубежная поэзия
Электронная книга - «Сонеты 13, 131 Уильям Шекспир, — литературный перевод Свами Ранинанда». Краткое содержание книги:
Сонет входит в последовательность сонетов «Тёмная леди» («Dark Lady»), сонеты 127— 152, которые были адресованы, женщине с чёрными волосами, у которой был смуглый цвет кожи лица.
В елизаветинскую эпоху, такой цвет кожи лица у женщин называли «средиземноморским».
В содержании сонета 131, бард раскрывает характерные особенности «тёмной леди, где в иронической форме поставил под сомнение красоту её лица.
Однако, в последующих строках клялся тысячей поцелуев что думает о ней, хотя откровенно признался: «In nothing art thou black save in thy deeds», «Ни в чьём мастерстве твой чёрный не сохранился, как в твоих делах».
В сонете 131 автором был использован лейтмотив «тщеславного почитания тирании» из сонетов Петрарки, который подразумевал власть красоты объекта любви над автором сонета. Что послужило причиной его обсуждения и отстаивания красоты молодой женщины, основанной на властвовании над мужчинами.
В сонете 131 использовался часто используемый в любовных сонетах оборот речи «love groan», «вздох обожанья». Ранее этот оборот речи был использован в качестве образа в сонетах Петрарки для усиления глубины эмоций влюбленного.
По мнению критика Кэтрин Данкан-Джонс эта фраза, в отличие от текстов Петрарки в сонете Шекспира «…могла подразумевать коннотацию факта, не столько восхищения красотой лица, сколько от чувства физической боли и страданий, вследствие возможно, перенесённого заболевания в альтернативном обозначении, относящимся к венерическим заболеваниям». Таким неординарном предположением, критик Кэтрин Данкан-Джонс выразила свою точку зрения о Шекспире в сонете 131, согласно контексту докторской диссертации.
И моей больной Музе другое место было отдано» (79, 1-4).
Уильям Шекспир сонет 79, 1-4.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 17.01.2022).
Использование автором темы одиночества, ненависти в контрасте с чувством любви можно увидеть во многих его пьесах. Шекспир мастерски менял мизансцены, вызывая у зрителя диаметрально противоположные чувства. Сюжеты его сонетов и пьес захватывают и вовлекают в свою ауру, не оставляя зрителю или читателю оставаться безразличным к происходящим событиям, согласно сюжету.
Именно, ключевое слово «yourself» предоставило мне очередную подсказку на пьесу «Гамлет» со схожими литературными образами «экспансии почитания и чести». Которые связаны с фразой: «God has given you one face, and you make yourselves another», «Бог дал вам одно лицо, а вы сделали себе другое».
Для читателя, созревшего для перечитывания Уильяма Шекспира, эта фраза давно стала крылатой.
— Confer! С пьесой «Гамлет» акт 3 сценой 1, в диалоге Гамлета с Офелией:
________________
© Swami Runinanda
© Свами Ранинанда
________________
Original text by William Shakespeare «Hamlet»: Act III, Scene I
OPHELIA
O heavenly powers, restore him!
HAMLET
I have heard of your paintings too, well enough; God has given you one face, and you make yourselves another: you jig, you amble, and you lisp, and nick-name God's creatures, and make your wantonness your ignorance. Go to, I'll no more on't; it hath made me mad. I say, we will have no more marriages: those that are married already, all but one, shall live; the rest shall keep as they are. To a nunnery, go.
William Shakespeare «Hamlet»: Act III, Scene I.
ОФЕЛИЯ
О, небесные силы, его восстановите!
ГАМЛЕТ
Наслышан Я о ваших живописях тоже, достаточно хорошо; Бог дал вам одно лицо, а вы сделали себе другое: вы сжаты, вы шагами семените, и вы шепелявите, и прозвища даёте созданиям Божьим, в невежестве вашем совершаете своё распутство. Пойдите в ..., Я более не могу; меня это с ума сведёт. Я говорю, у нас не будет больше браков: лишь те, кто уже женаты, все, кроме одного, будут жить; остальные останутся такими, какие они есть. В женский монастырь, идите.
Уильям Шекспир «Гамлет»: акт III, сцена I.
(Литературный перевод Свами Ранинанда 08.04.2022).
Где принц датский Гамлет в искусно имитированном приступе безумия упрекал Офелию в её чрезмерном использовании косметики и лицемерии, дав своим словам необычайно утончённый двоякий смысл.
В переводе на русский сонета 127, читатель может увидеть примерно такой же образ, но адресованный «Тёмной Леди»:
«С тех пор, как каждая рука на себя природы силу возложила,
Возносит мерзость, заимствуя лицо с лживости искусством
Слащённая красота, не имеющая ни имени, ни святого удела» (127, 5-7).
Статья, посвящённая тёмной леди «Dark Lady» в Википедии на английском, вызывает ряд вопросов и чувство недоумения, которые хочу переадресовать её публикаторам и редакторам.
Согласно, содержанию этой статьи заявлено в категоричной форме, что «...that the «Dark Lady» is nothing more than a construct of Shakespeare's imagination and art, and any attempt to identify her with a real person is pointless», то есть «… что образ «Темной леди» — не более, чем плод воображения и творчества Шекспира, а любая попытка отождествить её с реальным человеком (жившим ранее) бессмысленна».
Но подобное заявление, противоречит научному подходу в процессе познания человеком окружающего мира. Некогда, великий гуру в подобной ситуации высказал следующее ёмкое определение: «Наука в состоянии собирать факты, обобщать их, ссылаясь на другие, из это сделать выводы и объявить результаты исследования — это всё. Но если они (современные учёные) начинают с полного (безапелляционного) отрицания фактов, то каким образом, эта наука вообще может сосуществовать?!» («The Powers of the Mind». Swami Vivekananda | Delivered at Los Angeles, California, January 8, 1900).
Не вызывает сомнения то факт, что сонеты являлись частной перепиской Шекспира, несущей автобиографические черты барда, а также отражали в своём контексте хронологию некоторых событий елизаветинской эпохи. Помимо этого, любой исследователь в сонетах может увидеть литературные образы схожие с образами пьес Шекспира. Стилистика написания, как сонетов, так и пьес — аутентична. Что очередной раз указывает на самобытный почерк Шекспира, человека незаурядного ума и неистощимой утончённой иронии.
Однако, читатель может закономерно задать вопрос: «Почему сонеты 13 и 131 объединены в одном эссе»?
Ответ кроется в контрасте риторики изложения к адресатам, так, например, в сонете 13 адресатом являлся юноша, жених, помолвленный с юной девушкой; а в сонете 131, адресат — тёмная леди. Ирония автора в сонете 131 одновременно насыщена юридическими терминами, где бард обращался к тёмной леди в подчеркнуто фамильярном тоне на «ты», по причине их неоднократных свиданий в обоюдном адюльтере. Игриво-иронические тональности сонета подчёркивают несерьёзное отношение барда к «тёмной леди. Манера изложения сонета 131 наглядно показывает противостояние интеллекта поэта, который был придворным аристократом с природной хитрой изворотливостью молодой и красивой женщины из семьи придворных музыкантов.