Византийский сатирический диалог
- Автор: неизвестен Автор
- Год: 1986
- Язык: русский
- Переводчик: Софья Викторовна Полякова
- Жанр: Европейская старинная литература
Электронная книга - «Византийский сатирический диалог». Краткое содержание книги:
11. Критий: Не согласишься ли ты на Геру, супругу и сестру Зевса?
Триефонт: Даже не упоминай о ней из-за ее постыдного брака и скорее мимо, пусть себе болтается, подвешенная за руки и за ноги![34]
12. Критий: Кем же мне, наконец, поклясться?
Триефонт:
Критий: Я вижу, ты учишь меня считать и клясться арифметикой. Счет же у тебя прямо, как у Никомаха из Герасы![37] Ничего не понимаю: один равен трем, три — одному?[38] Уж не говоришь ли ты о пифагоровой четверке,[39] восьмерке или тройной десятке?[40]
Триефонт:
Дело не в том, чтобы измерить блошиный прыжок.[42] Я открою тебе сущность всего первородного и состав всего. Недавно я был в таком же тупике, как ты, но мне встретился плешивый долгоносый галилеянин,[43] восходивший до третьего неба и сподобившийся там высшей премудрости. Он возродил меня водою,[44] поставил на стезю праведных и искупил из мест нечестия. И тебя, если послушаешься, я сделаю воистину человеком.
13. Критий: Говори же, многомудрый Триефонт, я весь дрожу!
Триефонт: Читал ты когда-нибудь комедию Аристофана «Птицы»?
Критий: Разумеется!
Триефонт: Там есть такое место:
Критий: Правильно! а дальше что?
Триефонт: Был свет вечный, незримый, непостижимый уму: он попрал тьму и уничтожил хаос; единым реченным им словом, как написал некогда косноязычный,[46] воздвигнул на водах твердь, раскинул небесный свод, сотворил и назначил пути светилам, в коих ты чтишь богов,[47] украсил землю цветами и человека призвал из небытия в бытие. С небес он взирает на праведных и грешных и заносит деяния их в книгу. Каждому он воздаст в день, который сам определил.[48]
14. Критий: А то, что прядут смертным Мойры,[49] это тоже заносится в книгу?
Триефонт: О чем ты говоришь? Критий: О нитях судьбы.
Триефонт: Расскажи, милый Критий, о Мойрах, а я буду слушать и поучаться.
Критий: Помнишь, как сказал славный Гомер:
И о великом Геракле:
Вся человеческая жизнь с ее превратностями предопределена судьбой:
Судьбой суждены и скитания на чужбине:
Как видишь, по словам Гомера, все в жизни зависит от Мойр. Он же утверждает, что Зевс не пожелал своего сына
но
Поэтому, Триефонт, не тщись продолжать этот разговор, хотя бы ты и вознесся на небеса вместе со своим учителем и сподобился таинственного посвящения.
15. Триефонт: Не понимаю, милый Критий, как это Гомер может считать, что рок двояк и выпадает надвое, что такой-то будет конец, если человек поступит так-то, и другой, если он сделает иначе. Ахилл, например, говорит о себе гак:
А о Евхеноре[57] в «Илиаде» сказано:
34
Имеется в виду миф, согласно которому Зевс в гневе на Геру сковал ее и подвесил между землей и небом.
35
Подразумевается тринитарный догмат, т. е. существование единого бога в трех лицах (бог-отец, бог-сын, святой дух).
36
Цитата из Еврипида. Фрагмент № 935.
37
Никомах из Герасы (ок. 100 г.) в духе пифагорейцев занимался символикой чисел.
38
Насмешка над тринитарным догматом.
39
Согласно пифагорейской философии, четверка — источник и корень десятки.
40
Речь о положении философа-гностика Валентина (II в.) о том, что совершенная восьмерка складывается из восьми основных сущностей или веков: глубины, молчания, ума и т. д., создающих еще 22 века, которые в сочетании с первыми восемью дают тройную десятку, т. е. число тридцать — всю полноту бытия.
41
Стих из неизвестной трагедии.
42
В комедии Аристофана «Облака» Сократ измеряет прыжок блохи.
43
... плешивый и долгоносый галилеянин... — апостол Павел: так его рисуют апокрифические «Деяния Павла и Феклы».
44
Возродить водою — т. е. окрестить.
45
Аристофан «Птицы», 693 и следующие стихи.
46
Так называет себя библейский Моисей («Исход», IV, 10).
47
Солнце, луна и планеты отождествлялись древними греками с божествами (Гермесом, Селеной, Зевсом, Гелиосом).
48
Автор своими словами пересказывает Апокалипсис, XX, 12: «... и книги раскрыты были, и ипая книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими».
49
Согласно представлениям древних греков, Мойры, богини судьбы, пряли каждому человеку нить его жизни и обрывали ее, когда приходил его час.
50
«Илиада», VI, 488.
51
«Илиада», XVIII, 117—119.
52
«Одиссея», VII, 196 и следующие стихи.
53
«Одиссея», XXIII, 314—316. Эол — бог ветров.
54
«Илиада», XVI, 442.
55
«Илиада», XVI, 459 и следующие стихи. Патрокл — ахеец, друг Ахилла.
56
«Илиада», IX, 410 и следующие стихи.
57
Евхенор — ахеец.
58
«Илиада», XIII, 665 и след. Полиид — ахеец.