Византийский сатирический диалог
- Автор: неизвестен Автор
- Год: 1986
- Язык: русский
- Переводчик: Софья Викторовна Полякова
- Жанр: Европейская старинная литература
Электронная книга - «Византийский сатирический диалог». Краткое содержание книги:
5. Критий: Неужели нельзя, милый Триефонт, поклясться прославленным врачом и предсказателем Аполлоном?
Триефонт: Ты думаешь об этом лжепророке, некогда сгубившем Креза, а вслед за ним — саламинцев[21] и огромное множество других людей, который всем дает двусмысленные предсказания?
6. Критий: Тогда, может быть, поклясться Посейдоном? Он держит в руке трезубец; зычно и грозно, словно из девяти или десяти тысяч уст, раздается в бою его клич, и, кроме того, он зовется землеколебателем.
Триефонт: Ты о том распутнике, который некогда соблазнил дочь Салмонея, Тиро,[22] и по сей день не оставляет своих забав? Это он — ходатай и заступник всех развратников. Ведь когда Арес попал в ловушку и вместе с Афродитой не мог избавиться от крепчайших сетей,[23] все боги молчали от стыда при виде этого прелюбодеяния; один конник Посейдон[24] распустил нюни, точно малое дитя из страха перед учителем или старая баба, сбивающая с пути честную девушку. Он уговорил Гефеста отпустить Ареса, и тот хромой демон[25] из почтения к сединам бога развязал оковы. Так что Посейдон — прелюбодей уже потому, что потворствует прелюбодеям.
7. Критий: А как Гермес?
Триефонт: Не хватало только этого мерзкого раба похотливого Зевса, самого блудливого из всех блудников!
8. Критий: Я уже знаю, что Ареса и Афродиту ты отвергнешь, раз ты только что обвинил этих богов в тягчайших преступлениях: оставим их. Я предложу тогда Афину, деву-воительницу, грозную губительницу гигантов с головой Горгоны[26] на груди. Неужели ты и о ней скажешь что-нибудь дурное?
Триефонт: Скажу и о ней, если ты станешь отвечать!
Критий: Спрашивай, Триефонт, что хочешь!
Триефонт: Ответь, друг мой, что за польза от Горгоны и для чего богиня носит ее на груди?
Критий: Для устрашения и для отвращения опасностей; Афина с ее помощью вселяет во врагов ужас и клонит победу, куда пожелает.
Триефонт. Так, значит, Совоокая[27] необорима только благодаря Горгоне?
Критий: Конечно!
Триефонт: А почему же тогда мы, желая стать непобедимыми, подобно Афине, сжигаем бедра быков и коз не Горгоне-избавительнице, а богам, которым она дарует силу?
Критий: Горгона, Триефонт, не может, подобно богам, оказывать помощь издалека, но хранит только того, кто носит ее на себе.
9. Триефонт: Почему же? Растолкуй мне; ведь ты в этом человек сведущий и искушенный, а я ровно ничего не слышал о Горгоне, кроме имени.
Критий: Она, друг мой, была смертной девой, прекрасной и пленительной. И только когда благородный юноша Персей, прославленный чародейством,[28] заколдовав ее, коварно обезглавил, боги завладели ее головой для отвращения опасностей.
Триефонт: Отлично! А я никогда и не подозревал, что богам бывает какой-нибудь прок в людях! Что же Горгона делала при жизни? Без стеснения предлагала себя на постоялых дворах или грешила потихоньку и выдавала себя за девушку?
Критий: Что ты! Клянусь Неведомым богом,[29] чья статуя стоит в Афинах, она оставалась девой до самой смерти.
Триефонт: Значит, если обезглавить девицу, то голова ее станет для всех пугалом? Я знаю десятки тысяч девственниц, которых расчленяли по косточкам на острове волнообъятом, что Критом издревле зовется;[30] приди мне это раньше на ум — представляешь, милый друг, сколько Горгон я привез бы тебе с Крита?[31] Я сделал бы тебя непобедимым воителем, а поэты и риторы куда больше Персея превозносили бы меня за то, что я отыскал их такую пропасть.
10. Но у меня не выходит из головы Крит; помнится, я видел там гробницу твоего Зевса[32] и кустарники, вскормившие его мать. Они зеленеют и по сей день.
Критий: Ты, конечно, не поинтересовался попутно ни заклятиями, ни таинствами Реи![33]
Триефонт: Если бы такие чудеса, Критий, происходили благодаря заклятиям, можно было бы, пожалуй, воскрешать и выводить на белый свет покойников. Однако все, что рассказывают поэты, — вздор, чепуха, сказки. Откажись лучше от Афины!
21
Автор высмеивает двусмысленные прорицания дельфийского оракула: его слова, что, перейдя року Галис, лидийский царь Крез погубит царство, были истолкованы Крезом вследствие неясности пророчества неверно, и в 546 г. до н. э. он сделал этот роковой шаг, который привел к катастрофе, — Крез погубил не персидское царство, а собственное; такое же двусмысленное пророчество получили греки перед Саламинской битвой (480 г. до н. э.).
22
Посейдон соблазнил дочь Салмонея Тиро, явившись ей в образе ее возлюбленного, бога реки Энипея.
23
Этот сюжет подробно изложен в «Илиаде»: Арес и Афродита, застигнутые во время любовного свидания, были накрыты ее супругом Гефестом металлической сетью.
24
Посейдон назван конником, так как связан с конем (появлялся в море на коне, создал коня ударом трезубца о скалу, первоначально почитался в образе коня).
25
Гефест был хром. Демон здесь — синоним слова «бог».
26
Афина убила одну из трех Горгон и носила на груди ее змееволосую голову.
27
Совоокая — эпитет Афины.
28
Персей — аргосский герой, убил горгону Медузу, взгляд которой обращал все живое в камень. О чародействе Персея мифы ничего не говорят.
29
Неведомый бог — автор имеет в виду следующие слова апостола Павла, обращенные к афинянам: «... проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: „Неведомому богу. Сего-то, которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам“» (Деян, апост., XVIII, 23).
30
«Одиссея», I, 49.
31
Намек на взятие Крита императором Никифором II Фокой (960 г.).
32
На Крите существовал культ умирающего-воскресающего Зевса, и вблизи Кносса находилась его могила. Говоря о кустарниках, вскормивших его мать, автор диалога не вполне точен: Зевса не родила, а только вскормила коза Амалфея.
33
Рея — мать Зевса, супруга Крона. Крит был одним из важнейших в Греции центров культа Реи.