Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]
- Автор: Хмелевская Иоанна
- Серия: Все произведения о пани Иоанне в двух томах #2
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Разные издания
- Переводчик: Вера Сергеевна Селиванова
- Жанр: Иронические детективы
Электронная книга - «Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]». Краткое содержание книги:
1. Свистопляска (Перевод: Вера Селиванова)
2. Две головы и одна нога (Перевод: Вера Селиванова)
3. Золотая муха (Перевод: Вера Селиванова)
4. ТТ, или Трудный труп (Перевод: Вера Селиванова)
5. Бабский мотив (Перевод: Любовь Стоцкая)
6. Убойная марка (Перевод: Вера Селиванова)
7. Кот в мешке (Перевод: Вера Селиванова)
8. Убить меня (Перевод: Вера Селиванова)
9. Зажигалка (без указания переводчика)
10. Бледная Холера (Перевод: Сергей Соколов)
11. Смерть пиявкам! (Перевод: Вера Селиванова)
12. Похищение на бис (Перевод: Нина Селиванова)
13. Бычки в томате (Перевод: Нина Селиванова)
14. Чисто конкретное убийство (Перевод: Любовь Стоцкая)
— А, так вот почему!.. — вырвалось у Костика.
— Что «почему»?
— Вот почему в последнее время так трудно достать порядочный кусок янтаря, а мне для поделок плоские не всегда подходят. Честно говоря, я еще и из-за этого сюда приехал, хотел выяснить... А зачем это японцам?
— Никто не знает. А не желают говорить на эту тему потому, что получается контрабанда, сплавляют янтарь за границу. Вот если бы наши внешторговцы были поумнее, не упустили бы такое золотое дно.
— Да, янтарь мы продавать не научились. Как, впрочем, и все остальное. У Вальдемара прекрасный янтарь, но я все-таки разочарован. Наслушался и ожидал совсем уж чего-то необычного. Ни одного насекомого, например.
— Янтарь с насекомыми Вальдемар держит отдельно, припрятал, и правильно, потому что у Валтасара имеется милая привычка шарить в чужих домах в отсутствие хозяев.
— Неужто крадет?
— Если бы крал, его сюда и на порог бы не пустили. Вынюхивает, а этого здесь не любят.
— Как думаешь, с насекомыми Вальдемар продал бы? Или хотя бы показал?
— Думаю, покажет, если море заштормит. На рыбу не пойдешь, — значит, будет у него время. А насекомые у Вальдемара имеются, сам мне говорил — паучок и шесть маленьких мушек в одном куске.
— Я бы предпочел одну, да зато крупную.
Это было сказано как-то так, что я ощутила сигнал тревоги. Что я, собственно, знаю о Костике? Да ничего. Но ответила спокойно:
— Насчет крупных не слыхала. А у меня есть комарик, сегодня нашла. Но не продам, я собираю для себя.
— Знаешь, я тебя очень хорошо понимаю. Думаю, сам бы не продал.
Я разыскала плоский янтарик в россыпи, обсыхающей на батарее, и мы принялись рассматривать насекомое, подсвечивая себе фонариком.
А что касается погоды, то Вальдемар оказался прав. Вскоре с чердака отчетливо донесся нормальный волчий вой средней мощности. Шторм, но не из особо страшных. Я деликатно дала Костику понять, что на сегодня можно было бы и закончить нашу светскую жизнь. Хотя, честно признаюсь, смотреть на него было весьма приятно, наверняка намного приятнее, чем на меня.
Костик поднялся.
— Хорошо, завтра тоже будет день. Ты уж извини, какое-то время я буду к тебе приставать. Ох, не то хотел сказать, пойми меня правильно.
Я заверила, что понимаю правильно.
* * *
И опять меня стало терзать желание вернуться в Варшаву, потому что в такую собачью погодку жить на побережье — невелика радость. Ветер стих только к вечеру. Вальдемара я встретила на пляже, у баржи, куда подъехала, чтобы взглянуть, что там делается.
Уже начинало темнеть. Плечом к плечу стояли мы с ним на песчаной отмели, жадно вглядываясь в постепенно успокаивающееся море и гигантскую черную полосу мусора, простирающуюся в обе стороны и уходящую куда-то за горизонт. Полоса колыхалась далеко, на недоступной человеку глубине, и манила со страшной силой.
— Рассеет? — нервно и алчно бормотала я. — Или прибьет?
Не сводя с морской равнины такого же алчного взгляда, Вальдемар меланхолично отвечал:
— Кто его знает... Может, и прибьет... А может, и рассеет.
Так стояли мы довольно долго и время от времени перекидывались этими двумя глаголами, позабыв все остальные слова из богатого и могучего польского языка.
Рассеяло.
Когда я наутро ни свет ни заря притопала на пляж, от проклятой мусорной полосы не осталось и следа. Ветер, однако, явно слабел и вроде бы склонялся к востоку. И хотя вчерашнее великолепие черти побрали, могло прибить что-нибудь другое. Как тут уедешь? И я осталась.
Не знаю, чем в это время занимался Костик, меня он не интересовал, все силы отнимала атмосферная ситуация. Увидела Костика я только вечером, за столом. На ужин Ядвига предложила нам сельдь, маринованную, ясное дело из прошлых уловов. Гениально мариновала Ядвига селедку, а тут еще к ней подала только что выпеченный хлеб и свежее масло. Круглый год ела бы такое!
Костику еда тоже нравилась. Мы уплетали за обе щеки и мило беседовали. Я поделилась своими горестями — такие прекрасные виды на янтарь накануне и такое разочарование утром.
— Так ведь доплыть до той полосы можно было? — возразил Костик. — Почему же не ловить с лодки?
Когда-то и меня занимал такой вопрос, теперь же я была грамотная, могла и других просветить.
— Во-первых, мусор находится на большой глубине, даже если у тебя сетка-сачок на шестиметровом или даже семиметровом шесте — не достанешь. А во-вторых, чтобы вытащить, надо черпать со дна, снизу, а лодка качается, не устоишь. Рыбачьей сетью янтарного мусора не вытащить, она слишком легка, тогда нужно было бы прицепить по ее нижнему краю что-нибудь тяжеленное, ну, скажем, якоря океанских лайнеров. Или авианосцев. Вот так, дорогой, достать можно лишь то, что море преподнесет тебе как подарок.