Глазами жертвы [Thicker Than Blood]

— А что, если шумиха в прессе заставит его снова пойти на убийство? — высказался Тейтум.

— Маловероятно. Гловер никогда не проявлял таких наклонностей, — возразила Зои. — Славы он не ищет.

— Я отправлю его фото в СМИ, — решила О’Доннелл. — Также поговорю еще раз с Патриком Карпентером и Альбертом Лэмом. Посмотрим, смогут ли они рассказать мне что-то о Дэниеле Муре или его возможных приятелях. А что со вторым сообщником? С этим бетой?

— Вполне вероятно, у него есть судимость за мелкие преступления вроде кражи или домогательства, — сказала Зои. — Он мог красть странные вещи — например, женское белье, туфли или косметику…

— Это называется кража фетиша, — согласился Тейтум.

— Гловер никогда не свяжется с тем, кто может его выдать или навлечь подозрения. Поэтому сообщник — не сумасшедший и не наркоман. Скорее всего, у него есть какой-то источник дохода, что Гловеру тоже выгодно.

— Я-то надеялась на более точную ориентировку… — О’Доннелл подняла бровь. — В объявлениях по телевизору вы обычно говорите так: «Белый мужчина около двадцати пяти, худощавый, хромает и, возможно, заикается…»

— Не понимаю, почему наш преступник должен хромать и заикаться… — Зои задумалась.

— Мы будем уточнять описание, — заверил Тейтум, — и как можно скорее, пока они не убили снова.

— Снова? — удивилась О’Доннелл. — Думаете, они могут напасть на другую жертву?

— Гловер при смерти. — Зои кивнула. — Он понимает, что его время на исходе, и меньше боится быть пойманным. Пока здоровье позволяет, он будет убивать. О его сообщнике говорить пока рано. Однако он пошел на преступление, чтобы пить кровь жертвы. Скорее всего, он одержим и захочет повторить свой опыт.