Польская линия [СИ]

– Ты бы хоть юбку надела…

– Ой, – всполошилась Танька, кинувшись к одежде.

Вот с женщинами всегда так. Сначала делают, потом думают. Осмотрев парня, пришел к выводу: жив, на штанах уже расплылось мокрое пятно, прочухается, даже детей иметь сможет. И нос лишь разбит, а не сломан. А если парень уже материться начал, то точно – жив и почти здоров.

– Пойдем-ка на вокзал, воительница, – предложил я. – Нас, наверное, уже заждались.

– А с этим что? Может, с собой возьмем? Его бы врачу показать надо, – не унималась Татьяна.

Интересно, а кто его тащить станет? Нет уж, пусть лежит. Но чтобы утешить девушку, сказал:

– Ничего с ним не будет. Отлежится, проссытся…

– Фи, как ты грубо.

– Ну, прописается, – не стал я спорить.

Возвращаясь обратно, Таня смущенно сказала:

– Не знаю, чего это на меня нашло. Даже и не ожидала от себя.

– Бывает, – осторожно произнес я, раздумывая о том, что и сам могу как-нибудь попасться Татьяне под «горячую» ногу.

Около состава уже нетерпеливо прохаживался Артур. Я-то думал, что мы обернемся в полчаса, максимум час, а мы отсутствовали целых три. Оказывается, Артузов уже успел решить свои проблемы. И «западников» сдал военкому, и «юго-западников» пристроил, а еще отправил в разгон своих помощников включая поляков, отчего мне стало даже полегче. Пан Добржанский при встрече смотрел на меня так, словно мечтал просверлить насквозь. Так и хотелось сказать ему – на мне, мил-человек, картинок нету. Так что – поляк с возу, чекисту спокойнее.

– Нас Смирнов ждет, – напомнил Артур, словно я позабыл. – Он уже человека присылал.

Отправив Татьяну в вагон приводить себя в порядок, мы пошли к начальнику Смоленского губчека. Взять бы девушку с собой, чайку попить в спокойной обстановке, но, увы, официальный статус у нее не тот, чтобы ходить по кабинетам начальников.

По дороге я решил вернуться к прерванному разговору.

– Артур, ты мне так и не сказал – почему меня сюда отправили?

– Есть у меня предположение, – раздумчиво отозвался Артузов. – Только, – уточнил мой друг, – это именно предположение. Сам понимаешь, что товарищ Ленин со мной своими соображениями делиться не станет.

– А ты контрразведчик или кто? Сам же меня учил извлекать максимум информации из минимального количества данных.

Артур похлопал глазами, пытаясь вспомнить, когда он учил меня добывать информацию, но спорить не стал. Да и небольшая лесть даже чекисту приятна, а не только кошке.

– Так вот, по моему разумению, Владимиру Ильичу нравится твой необычный подход. Как бы лучше сказать… Творческий подход. Он после твоего выступления на заседании Малого Совнаркома тебя не один раз в пример ставил, а когда почитал справку о твоей деятельности в Архангельске, смеялся. Особенно ему понравилось, как ты карикатуры использовал, а еще как ты из старинной пушки палил по полицейскому участку.

– А про пушку-то он откуда знает? – удивился я. Чтобы соблюсти справедливость, уточнил: – И вообще, из нее не сам я палил.