Terra incognita (СИ)
- Автор: Лирийская Каролина Инесса Каролина Инесса Лирийская
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Terra incognita (СИ)». Краткое содержание книги:
Этот глупый мальчишка — о, Ринка проклинала себя за то, что оставила его одного. Она боялась, она была слаба, не смогла снова взять в руки оружие, чтобы выйти против чудовища… Нет, ее пугал вовсе не дракон, хотя эта огромная тартарская ящерица и возвышалась над ней в десять ростов. Побоявшись снова нарушить слово, Ринка отступила; когда ей предлагали винтовку, сунула руки в карманы. И пообещала быть на подхвате, если что. Глупые, ничего не весящие слова.
Когда пришел дракон, ей захотелось сбежать. Верь мне — попросил Вирен, а Ринка всхлипывала и вздрагивала, колотясь, как маленькая девочка, услышавшая рев в чаще леса, вплотную прилегающего к их с матерью домишке. Но кивнула, стараясь улыбаться. Потому что — верила. Потому что друзья не обманывают. Он оставил ей свою винтовку, начищенную до блеска, а сам взял револьвер и саблю.
На дракона всегда выходили с одним клинком.
***
Тартар, Красные горы (день восьмой)
Мне сказали, что победить дракона невозможно. Никакие мои легенды не могли бы убедить их. Вопрос был в том, как сбежать — и от дракона, и от гарпий. Он искал добычу, а мы были деликатесом; они окружили нас и не выпускали, пока мы не убьем чудовище. Должно быть, этот план появился у белой гарпии, когда она увидела наши винтовки, разившие наповал ее племя.
Она очень умна, эта курица. Может, Голод специально создал ее такой? Даже самому дикому войску нужен гениальный полководец.
Весь день Нииран мучил белую гарпию, но наконец убедил ее позволить отвести из ущелья телеги, которые будут мешаться в бою, спасти лошадей… Оставили несколько лишних повозок, плотнее утрамбовав пожитки на выведенных: теперь под ними можно было спрятаться от дракона. При мне народ обтесывал колья из обломков древесины, на которой мы разжигали костры, крепя их к телегам: если дракон вздумает приземлиться, они вопьются в живот.
Мы знали, что гарпии спрячутся, когда появится чудовище, как и в прошлый раз. Многие огрызались: эти проклятые птицы хотели сделать из нас оружие и отсидеться в безопасности пещерок, в которые не мог протиснуться ящер. Но я видел обреченность в жутких птичьих глазах белой гарпии там, на капище. Дракон истреблял их долгие годы, и она не могла отправить на смерть еще больше… Я слышал то же от Кары, когда она приказывала Роте быть осторожными.
Я знал, что нам нужно ранить дракона и бежать, отступать. Гарпии не слышали, чтобы зверь покидал горы за последние столетия, и мы надеялись, что никто за нами не погонится… Вырвемся из окружения скал — сможем отбиться от гарпий, они не найдут там камней, придется грудью кидаться на пули.
А вот дракон — ну, тут все разводили руками.
***
К горе, выше… Ринка начинала взбираться еще тогда, когда в небе ярился дракон, вдруг воплотившийся из детских сказочек; она спешила, задыхаясь от бега, но упала, расшибаясь. Хватило одного мощного порыва ветра, поднятого крыльями, и дрожи горы — Ринка скатилась к подножию, ударилась головой о камень и отключилась. Так пролежала несколько часов.
Теперь штурмовала крутой подъем снова. Упрямо стискивая зубы, заставляла себя идти, потому что внизу не было живых — кроме камней, десятка побитых тел и задыхающейся лошади, подле которой Ринка очнулась. Она и пришла в себя, потому что рядом кто-то надрывно и жалобно поскуливал. Слипающимися глазами, припорошенными каменной крошкой, Ринка узнала гнедую лошаденку одного из командиров Вахзы.
Встать она не могла — пришлось оставить. Пристрелить у Ринки никак не поднялась рука, да и не хотелось зря тратить патроны. Удивительно, но винтовка Вирена, которую она надела на спину, все еще била по хребту.
Нога болела, пульсировала. В какой-то миг ей захотелось отбросить саблю, а потом — лечь и затихнуть, сжимаясь от рыданий. Это было слишком. На это Ринка не подписывалась. Она ожидала долгие марши по пустоши, палящую жару, диких зверей, перекликающихся во мраке ночи, крутой подъем — пускай! Может быть, несколько старых дворцов, полуразвалившихся, таящих сокровища, которые Вахза мог выгодно продать какому-нибудь хвастливому аристократишке. Ринка умела обходить хитрые ловушки — магические и самые банальные волчьи ямы, в том и состояла работа, ради которой Вахза, краем уха слышавший россказни о наемниках, выбрал именно ее.
Она ждала все это, но не блядского дракона.
В ущелье было тихо. Отряд ушел; они начали отступать еще тогда, когда Вирен бешено рванулся наверх, туда, где засели Амонея и Рыжий, должные ранить ящера. Все бежали — она четко помнила, — когда на дракона не подействовали боевые заклинания, срикошетившие о чешую и заставившие горы содрогаться. Летели обломки камней, рушился карниз. Во вспышках выстрелов и заклятий Ринка видела тонкую фигурку, очертя голову рванувшуюся наверх. А потом…
— Вирен! — хрипло позвала Ринка, цепляясь за уступ и затаскивая себя выше. — Рыж!
На гору не было ровного подъема. В это мучительное мгновение она мечтала о лохматых крыльях гарпий, способных в один мощный рывок подкинуть ее наверх. Но Ринка ползла. Медленно, дрожа, пятная кровью багряные скалы и стискивая зубы. Ниже колена Ринка не чувствовала ногу; запаленный лечебный амулет на шее не угасал, но и не помогал очень сильно. Должно быть, разрядился.
Выше был завал. Тот самый, что обрушился на головы ее друзей — и тогда Ринка сорвала горло. В то мгновение она радовалась, что не остановилась, несмотря на охвативший ужас, продолжила нестись, петляя, сталкиваясь с отступавшими солдатами. В ушах у нее до сих пор отдавались яростный, захлебывающийся рев дракона, и блеск осветительного заклинания, и чьи-то крики, когда демоны побежали прочь, сбивая ее с ног — а Ринка рвалась туда, на помощь. Как и десятка других, сгинувшая на ее глазах. Их дракон просто сгреб лапой с карниза, и они с дикими воплями полетели вниз.
Ринка до сих не могла осознать, как же ей повезло остаться в живых. Смаргивала текущую откуда-то кровь, утиралась рукавом, насквозь пропитавшимся. Недавно Вирен рассказывал, что на Девятом еще хранили древнее искусство боевого демонского раскраса, который начали забывать уже к тому времени, как пал Люцифер. Вероятно, она была очень похожа на древнюю демоницу в маске из грязи и крови.
Эта мысль заставила ее нервно ухмыльнуться и приободрила.
Ринка опять звала их по именам, кривясь от боли в горле, но не слышала отклика — или это кровь там сильно шумела в ушах. Отчаявшейся Ринке почудилось, что она не заметила бы, даже если позади приземлится дракон и занесет над ней когтистую лапу… Поднимая голову, она различала глубокие борозды от удара когтями. Там, где скала разломилась, посыпалась лавиной. Она была близко. Еще немного — и карниз, небольшая площадка, нависший над ней слом…
Ринка пришла в себя на коленях. Сабля лежала рядом, она сняла винтовку и почувствовала облегчение, избавленная от тяготившего ее оружия. Упрямо помотала головой, полезла к завалу, растаскивая в разные стороны камни — те, что могла сдвинуть. Кончики пальцев жгло огнем. В какой-то момент показалось, что она их переломала, потому что каждое движение отзывалось судорогой, пронзавшей запястья. Аккуратно подпиленные ноготки давно превратились в ошметки…
Показалось, что под очередным камнем что-то блеснуло. Подавшись вперед, Ринка отпихнула его локтем, надавила из последних сил… Она думала, это солнце отразилось на чем-то, но под завалами билась магия — и теперь ее неожиданно окатило снопом ярчайших золотых искр… Они прыснули в лицо, не обжигая, но слепя. Ринка ахнула, а потом рассмеялась от вдруг накатившего счастья: рассмотрела под камнями Вирена, и принялась разгребать вдвое быстрее, забывая об усталости. Магия потрескивала, стонал щит, охранявший Вирена.
Она помнила золотистое колдовство Рыжего, не могла не улыбаться сухими, в кровь разгрызенными губами. И забыла об усталости, о напряженных мышцах, потому что наконец-то Ринка поняла, что копает не бессмысленно, потому что все, что ей было дорого — ее семья! — не сгинуло под жестокой тяжестью обвала.
Ринка старалась не помнить те мгновения, в которые ей казалось, что вся жизнь кончена.