От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны

Правда, сами рабочие вступали на путь борьбы лишь постольку, поскольку она преследовала экономические цели. Именно акцентируя внимание на этой стороне дела, петербургским социал-демократам удалось вызвать массовое движение и даже агитировать за всеобщую стачку. Как и крестьяне, рабочие в массе своей уповали на «доброго царя» и не поддерживали резких политических лозунгов. В этих условиях социал-демократам оставалось только надеяться, что движение рабочих удастся перевести с экономического уровня на политический. Для этого были определенные основания. Во-первых, стачки были запрещены, и поэтому каждая из них приобретала характер политического выступления. Перерастанию экономического движения в политическое невольно способствовало само царское правительство. Во-вторых, логика развития рабочего движения в России оказывалась иной, чем логика его развития в Европе. Там длительная экономическая борьба и профессиональная организация способствовали консервации экономических приоритетов стачечного движения. Профсоюзы, финансировавшие возникшие с их помощью социал-демократические партии, могли навязывать им свою волю и использовать их в своих интересах. В России у истоков забастовочной борьбы (а позднее и профсоюзов) стояла социал-демократия, являвшаяся инициатором и вдохновителем всего движения, а не его вторичным порождением. Она была гораздо более свободной в определении своих целей и задач, ее радикализм был в меньшей степени ограничен экономическими интересами рабочей массы.

В этих условиях многое зависело от того, какая линия в трактовке этих задач возобладает в рамках самих социал-демократических организаций. Возможность двоякой трактовки порождалась внутренне противоречивой природой марксизма, соперничеством в нем рационального, научного и якобинского бунтарского подходов к анализу ситуации. Научный подход требовал учета уровня развития и особенностей социально-экономического уклада страны, уровня сознательности рабочего класса, степени сопротивления власти. Якобинский подход опирался на руссоистскую метафору класса как социального организма, обладающего собственными интересами и потенциями, независимыми от конкретных нужд и способностей составляющих его индивидов. Сила рабочего класса как порождения модернизации, его способность к восприятию идей марксистского социализма при этом казались неограниченными.