Художник

Тот с ненавистью посмотрел на Тони.

– Не думал, что принц крови работает на детей Кланов мальчиком по вызову!

– Зубы не заговаривай! Где Мариила?

Фэлин облизнул разбитую губу и попытался уцепиться рукой за ногу Тони. Тот медленно ее приподнял и нанес удар под ключицу, обездвижив руку. Эльф дернулся и прикрыл глаза.

– Где девушка?

– Тебе-то что? – Неожиданно устало сказал Фэлин. – Она была просто жалкой дурой. Там она, где-то на другом материке. Кормит своими силами даяков. А может, померла уже. Всё плакала, когда ее уводили… Я тоже дурак. Решил, что умнее и хитрее всех. Но, оказалось, я безнадежно проиграл. Всем и совсем. Добей меня. – Его зеленые глаза широко открылись, всматриваясь в то, что Тонимэлу было недоступно. – Какие они красивые, леса иного мира!

– Может, раскаешься и вернешься в Светлый Лес?

– Нет. – Эльф улыбнулся и взглянул на Тонимэла. – Я сам себя никогда не прощу. А ты… не повторяй чужих ошибок, мальчик. Не дай гордыне овладеть твоим рассудком. Прощай.

И Фэлин спокойно, словно в кровати, закрыл глаза. Его серебряные волосы разметались по воде, будто искристое снежное покрывало. Лицо немного побледнело, но на губах играла улыбка.

Тонимэл выпрямился и произнес несколько слов, которые когда-то ему поведала еще молодая ромаальская девушка Роза.

«Это – слова, призывающие смерть любому существу. Запомни, но не разбрасывайся ими напрасно. Ибо, забирая чужую душу, она увидит и тебя». – Сказала тогда ромаалка.

И вот теперь такой момент настал и Теридель твердо произнес слова призыва. Задул, завихрил холодный ветер, бросив ему на руки несколько ледяных снежинок. В пелене поднявшегося, откуда ни возьмись, тумана, он словно увидел печальные серые глаза, взглянувшие ему прямо в душу. «Он раскаялся и заслужил надежду!» – Тихо прошептал Тонимэл.

Снежинки, прожигающие кожу, медленно растаяли. Плотный туман нехотя рассеялся. Тони посмотрел себе под ноги, где в воде только что лежал Фэлин. Успокоившееся море тихо облизывало пустой выступающий камень. Небесный горизонт, так и не разразившись бурей, ярко отсвечивал закатным солнцем. С берега ему махал рукой уже поднявшийся отец. «Спасибо!» – Прошептал Теридель смерти, милостиво забравшей не только душу Фэлина, но и его тело.

Тони тоже ответно помахал стоявшим на песке. Опуская руку, он случайно заметил на ней что-то, блеснувшее в закатных лучах. Подняв рукав, он внимательно рассмотрел локоть. Там, в ясном вечернем свете, блестели запечатленные на коже снежинки. Подарок Смерти.

– Я иду, отец! – Крикнул Тонимэл и, одернув рукав, быстро заскользил к берегу.