По грибы. Рассказы
- Автор: Ляховская Людмила Валентиновна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Детская проза
Электронная книга - «По грибы. Рассказы». Краткое содержание книги:
К концу лета Чук и Гек здорово выросли, а Гришка совсем заматерел и округлился (на таких-то кормах!). Только Клавка оставалась по-прежнему стройной. А может быть, она казалась такой из-за своих длинных ног?
Отпуск у нас кончился, и на даче мы стали появляться только по выходным. Всю осень, до самых заморозков, в день нашего приезда ежи обязательно приходили к своей кормушке. Наше присутствие в доме было неразрывно связано в их головах с наличием обильной и вкусной еды в миске…
Белки-бабочки
Лесные белки пугливы, их не сравнить с белками, живущими в городских парках, – те даже орешки с руки не боятся брать. Однажды угораздило такую лесную белку поселиться в дупле высокой раскидистой сосны, прямо напротив нашего дачного дома. А дача наша стоит обособленно, в настоящем лесу. До отпуска мы бываем там только по выходным, – вот белка и обосновалась здесь в наше отсутствие, не разобравшись в обстановке и соблазнившись тишиной и хорошей «квартирой».
Дупло, в котором она поселилась, располагалось на солнечной стороне ствола и было удобным и глубоким. Раньше в этом дупле каждое лето жили стрижи; целыми днями с весёлыми свистами носились они у нас над головами к своей сосне. Прилетели к родному гнезду и этим летом, но с белкой у них силы не равные. Пометались-пометались, посвистели-посвистели и убрались искать себе новый дом.
Белка же принялась обустраивать свою квартиру. Мы подсмотрели, что она нашла применение отжившей овечьей шкуре, без дела валявшейся на дровах под навесом сарая. К вечеру, когда двор пустел, белка забиралась на поленницу и драла из шкуры шерсть, запихивая её в рот передними лапами. Когда щёки раздувались до невероятных размеров, и пучки шерсти, как усы Бармалея, торчали изо рта с двух сторон, она спускалась на землю и прыжками, длинным окружным путем, чтобы сбить с толку возможных наблюдателей, относила ценную добычу в дупло. Мы догадались: она утепляет гнездо своим детенышам, а тут ей такое богатство подвалило – настоящая овечья шерсть! Однако вся суета неожиданно закончилась, белка пропала, и мы решили, что она всё же решила перенести место жительства подальше от людей.
Прошло недели три, мы успели забыть эту историю, но однажды я заметила в отверстии дупла какое-то движение. Подошла поближе – никого. Однако любопытство моё разгорелось, и я, набравшись терпения, встала напротив и замерла «столбом». Стояла так, не шелохнувшись, несколько минут и дождалась, чего хотела: в «окошке», появилась овальная, как яичко, беличья мордочка с большими миндалевидными глазами и торчащими вверх ушками с кисточками на концах. Белка увидела меня и мгновенно скрылась в глубине дупла. Я обрадовалась: наша белка вернулась! Но, как потом выяснилось, она никуда и не убегала.
Я заметила, что каждый день белка подолгу и внимательно оценивает обстановку из своего «окошка». Мы строили догадки и, стараясь её не беспокоить, обходили сосну стороной. После нескольких дней своих наблюдений белка, видимо, решила, что никакой опасности нет – всё спокойно, и однажды, среди дня, из дупла высунулась совсем миниатюрная головка: мы поняли – бельчонок! Судорожно цепляясь за кору и дрожа всем телом, крошечный зверек выкарабкался на ствол дерева. Распластавшись по сосне вниз головой и пушистым рыжим хвостиком кверху, он замер от страха перед ослепляющим пространством, развернувшимся вокруг. Сил у него хватило ненадолго, и он поспешил назад, в спасительную темноту родного гнезда, – первая прогулка оказалась совсем короткой. На следующий день история повторилась: бельчонок снова вылез наружу, он уже так не дрожал и отполз от дупла гораздо дальше, чем в первый раз. И тут мы заметили, что из окошка выглядывает еще одна мордашка. Второй бельчонок оказался трусоватым: он не стал целиком выбираться наружу, а только высунулся наполовину и быстро скрылся. На третий день мы уже с нетерпением ждали их выхода. Сначала резво появился совсем осмелевший первый бельчонок, за ним – второй, а потом (мы, затаив дыхание, стали считать) – третий… четвертый… пятый… шестой! Они расползлись по сосне, окружив дупло, и замерли, крепко вцепившись в кору. Пообвыкнув немного в таком положении и отойдя от «полуобморока», бельчата с видимым облегчением, по очереди, нырнули назад в гнездо. И только самый «опытный» еще некоторое время в одиночку изучал сосновый ствол со всех сторон, хотя далеко не забирался.