Непобедимый. Право на семью
- Автор: Тодорова Елена
- Серия: Неоспоримая #5
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Непобедимый. Право на семью». Краткое содержание книги:
Я всегда была просто дочерью друзей его родителей.
Все меняется в день моего совершеннолетия. Непобедимый предлагает мне стать его женой и… срочно родить наследника. И на это у него есть серьезная причина.
❤️История Миши Тихомирова и Полины Аравиной из цикла Неоспоримая.
❤️Все книги цикла читаются отдельно!
— Полина, — жестко хрипит, перехватывая мои запястья и притискивая их к постели. — Делаешь только хуже.
— Грубиян! — реагирую на тон, от которого рыдать охота больше, чем от боли. — Невыносимый чурбан! Я думала, что ты тоже… А ты… Ненавижу…
— Тихо, сказал. Расслабься. Выровняй дыхание.
— Иди ты!
Сражаемся взглядами, пока Миша не понимает, что никакие уговоры сейчас не сработают. И тогда… Я пугаюсь того, что он уйдет. Справедливо заметит, что я веду себя ужасно, и бросит меня одну. Пугаюсь, но извиниться и сказать что-то адекватное сил не хватает. Глазами наверняка выражаю свои противоречивые эмоции. Их так много, что в какой-то момент кажется, будто они не только меня раскидывают на части, но и взрывают весь окружающий мир.
Миша тяжело вздыхает и просто роняет лоб мне на переносицу. Вот тогда мы вместе замираем, будто скованные общим заклинанием. Только дышим и молчим, сохраняя полную неподвижность. Едва в голове немного проясняется, замечаю, что Тихомиров весь мокрый. Мощные мышцы напряжены до судорог. По гладкой плотной коже то и дело гуляет дрожь. Он ведь все еще во мне.
Боже… Миша Тихомиров внутри меня.
Боль, конечно же, никуда не исчезает. Однако значительно притихает и отходит на второй план. Первый занимают ощущения потрясающей наполненности, волшебного единения и безграничной близости. В голову с шумом ударяет кровь. Совершив там какой-то сумасшедший виток, она устремляется вниз и разносится горячими потоками по всему телу.
— Успокоилась?
Тихий охрипший голос Миши вызывает у меня мурашки. Ответить не могу. Только киваю. Он не просто видит, а чувствует это — мы по-прежнему спаяны.
— Боль отпускает?
— Да… Почти ушла…
— Хорошо.
Ему тяжело. Я это ощущаю. И бесстыдно упиваюсь этим откликом. Своей неопровержимой властью над Непобедимым. Хочется запомнить эти ощущения, прочувствовать по максимуму. Но Миша вместе с духом их вышибает, когда подается назад и резко толкается обратно в меня. Словно прочитав мои мысли, напоминает, кто здесь главный. И охаю я уже не от боли. Другие ощущения зарождаются и начинают кружить внизу живота.
— Миша… — с задушенным выдохом вцепляюсь в него.
Сначала неумышленно царапаю. А потом обнимаю крепко-крепко, словно подо мной растягивается пропасть. Будто я упасть в нее боюсь. Попискивая, держусь изо всех сил.
— Не сжимай так, — сдавленно требует Тихомиров.
— Как?
Не сразу понимаю, что имеет в виду вовсе не руки. Сцепляет зубы и зажмуривается, когда внутренними мышцами непреднамеренно стискиваю.
— Просто расслабься. Будет и тебе, и мне легче.
— Думаешь?
— Знаю, — сейчас тон такой, словно мысленно он матерится. — Если хочется, можешь кричать.
— Спасибо, что разрешил! То есть… Я хотела… Ах… М-м-м… — теряю способность говорить, когда Тихомиров совершает второй толчок. А за ним третий, четвертый… Свет гаснет? Нет же… Наоборот, ослепляет… Гаснет? Ослепляет… Пространство начинает вращаться. — Миша… М-м-м… Миша…
В груди столько эмоций образуется, что без стонов и приглушенных криков я их переварить не могу.
— Миша… Ты во мне… Мой… Любишь… Я люблю… Тоже… Ох… Ох-х-х… Миша-Миша… Мииииша…
То ли мой бессмысленный отрывистый треп его раздражает, то ли он действительно желает целовать — затыкает мой рот своим. Стону в удовольствии, ведь так все мои ощущения множатся. Возможно, я даже умру от того урагана, что меня переполняет и сокрушает. Но… Итог сейчас совсем не важен. Живу лишь этим сказочным моментом. И, несмотря на жжение и дискомфорт, я не хочу, чтобы это прекращалось. Хочу, чтобы наше единение длилось вечно. Чтобы Миша оставался во мне навсегда.
Напряженный, твердый, раздутый в мышцах и внушительный, как в свой самый ответственный бой, обжигающе-горячий, мокрый, содрогающийся — движется во мне непрерывно. Растягивает до предела. Задевает какие-то волшебные точки. Заставляет меня все громче и громче стонать. Боли нет. То ли она полностью ушла из моего тела, то ли удовольствие настолько пересиливает… Я не знаю. Мало что понимаю. Теряюсь, будто в бреду. Я на незнакомой территории. Могу лишь ему доверять и, какими бы разрывными ни были мои ощущения, наслаждаться ими.
Толчки Миши становятся мощнее и быстрее. Давление ладоней на бедрах сильнее. Поцелуй острее и грубее.
Я если не умру, то с ума точно сойду.
Кислорода критически не хватает, и я отчаянно скребу по плечам и шее Тихомирова. Неосознанно кусаюсь и покрикиваю, пока он не отрывается от моего распухшего рта. Едва лишь бурно вздыхаю, с дрожью откликаюсь на его требовательный взгляд.