Адольф Гитлер: клинический случай некрофилии
- Автор: Фромм Эрих Зелигманн
- Год: 1992
- Язык: русский
- Год: Высшая школа
- ISBN: 5-06-002952-2
- Переводчик: Михаил Борисович Гнедовский
- Жанр: Психология
Электронная книга - «Адольф Гитлер: клинический случай некрофилии». Краткое содержание книги:
Эта фаза завершилась, когда Адольфу исполнилось шесть лет. Окончание ее отмечено несколькими обстоятельствами.
Наиболее очевидным (особенно с точки зрения классического психоанализа) было, безусловно, рождение младшего брата. Адольфу тогда было пять лет. В результате он лишился позиции главного объекта материнского внимания и заботы. Вообще, такое событие часто оказывается для ребенка не травмирующим, а благотворным: устраняя фактор зависимости от матери, оно стимулирует личность к активности. Вопреки распространенному мнению, имеющиеся свидетельства говорят о том, что юный Гитлер вовсе не испытывал в этой ситуации приступов ревности, а напротив, в течение первого года после рождения брата вовсю наслаждался жизнью[54]. Этому, наверное, способствовало и то, что отец получил новое назначение в Линце, в то время как семья, опасаясь, по-видимому, за здоровье новорожденного, продолжала жить в течение года в Пассау.
«Целый год Адольф жил райской жизнью пятилетнего мальчика, играя и проказничая с соседскими ребятами. Игра в войну, стычки индейцев с ковбоями были его любимым занятием, вкус к которому остался у него надолго. Поскольку дело происходило в Германии (с немецкой стороны австрийско-немецкой границы, где располагалась таможенная инспекция австрийцев), игры шли, по-видимому, по сценарию франко-немецких столкновений 1870 г., хотя национальность побежденных не имела большого значения. По всей Европе маленькие мальчики без зазрения совести истребляли в своих играх различные народы и народности. Этот год, посвященный детским сражениям, был в жизни Гитлера чрезвычайно важным. И не только потому, что он провел его на немецкой земле и даже усвоил характерный баварский выговор. Главным, пожалуй, было то, что он совершил бегство в царство практически полной свободы. Он начал самоутверждаться дома, и, по-видимому, именно в этот период стали появляться первые вспышки слепой ярости, возникавшие, когда что-то вставало у него на пути. Там, где кончалась игра, он не хотел признавать сдерживающих факторов и ограничений» (Б.Ф. Смит, 1967).
Эта райская жизнь внезапно закончилась, ибо отец вышел в отставку, семья перебралась в Хафельд близ Ламбаха, а сын, которому исполнилось шесть лет, должен был идти в школу. Жизнь Адольфа «вдруг оказалась ограничена узким кругом дел и обязанностей, требующих дисциплины. Впервые ему пришлось систематически и последовательно подчиняться правилам» (Б. Ф. Смит, 1967).
Что можно сказать о развитии характера мальчика к концу этого первого отрезка его жизни?
По Фрейду, это период, когда полностью развиваются обе стороны эдипова комплекса: сексуальная привязанность к матери и враждебность к отцу. Свидетельства, казалось бы, подтверждают этот фрейдистский тезис: юный Гитлер был глубоко привязан к матери и находился в конфронтации с отцом. Однако ему не удалось изжить этот комплекс, отождествившись путем формирования Супер-Эго с фигурой отца и преодолев привязанность к матери. Рождение брата-соперника он воспринял как ее предательство и от нее отстранился.
Эта интерпретация в духе классического психоанализа вызывает, однако, ряд серьезных вопросов. Если рождение брата стало для пятилетнего Адольфа такой травмой, приведшей к разрыву с матерью, и сменой «любви» к ней на враждебность и ненависть, почему же тогда год, последовавший за этим, был таким счастливым, может быть, самым счастливым периодом его детства? И правомерно ли объяснять его ненависть к отцу соперничеством по эдиповой схеме, если взаимоотношения матери с мужем были, по-видимому, весьма прохладными? Не будет ли правильнее считать причиной антагонизма исходившие от отца требования дисциплины и ответственности?
54
Можно, конечно, возразить, что свидетели упускают из виду разочарование, которое мальчик испытал на бессознательном уровне. Но поскольку никто не смог распознать никаких признаков такого разочарования, аргумент этот является сомнительным. Единственным для него основанием может служить догматический принцип, что рождение брата или сестры всегда оказывает такое действие. Рассуждение входит при этом в порочный круг, ибо требование теории мы априори рассматриваем как факт, а затем утверждаем, что теория подтверждается фактами.