Пляж

– Кто у вас главный? Вполне может статься, что и ты. Как бы там ни было, я советую вам сложить оружие и сдаться. Ваши брожения в городе полностью подавлены, помощи вам ждать неоткуда, а ваших бандитов во дворце повязала охрана.

– Это ложь! – закричал кто-то из наших, позади меня, – мы их всех перебили. А Янош сообщает, что в городе всё идёт, как по маслу. Не сдавайся!

– Какая преданность, – усмехнулся Дадонов, – а знают ли твои друзья, кто их сюда привёл? Знают ли они о тебе то, что знаем мы оба? Какие приказы ты подписывал, какие списки составлял? А статьи твои они читали?

Он наклонился к моему лицу.

– А знают ли они, что я с тобой сделал? Кем ты стал? А твоя жена? Дочка? – последнее он произнёс еле слышно, только для меня.

Признаюсь, ещё несколько мгновений, и я бы не выдержал. Не знаю, что бы я сделал. Приказал своим людям сдаться или просто выбежал из комнаты, как обиженный подросток. Но точно знаю, в тот момент я был ближе всего к разгадке того, что же на самом деле связывало нас с Дадоновым. Но сзади, как приговор, прозвучал тот же голос:

– Что касается остального – нам этого знать не надо. Ты был с нами с самого начала, почти столько же, сколько Янош.

Я всё ещё медлил. Что-то было не сказано. И, наконец, я решился.

– Скажи мне только одно – зачем?

Я знал, что он поймёт мой вопрос. И он понял, замялся и с неохотой ответил:

– Я тебе уже говорил, мне нужен был такой, как ты. Те стихи в журнале, помнишь? Я их прочитал. Без тебя паззл бы не сложился. Не сложился бы так, как надо.

Дальше слушать я не стал. Я выхватил меч, Дадонов неуклюже достал свой. Он был грузный, большой, медлительный и мучился отдышкой. После нескольких выпадов я отвёл его меч в сторону и с размаху отрубил ему голову. Она, как мячик, отскочила от стены. Тело повалилось на бок.