Летняя гроза в Молнегорске (СИ)

За моей спиной уже раздавался целый гул удивленного и взволнованного шепота. На мое плечо легла чья-то успокаивающая рука. Скорее всего, это была Серафима.

А потом произошло то, что окончательно подействовало на меня как красная тряпка на быка.

- Вы, очевидно, неплохо отдохнули вчера вечером, Даниил Владимирович, - полным сарказма голосом сказал начальник. – Но судя по всему, алкоголь и вы абсолютно несовместимы.

- Ах ты, скотина! Убийца!

Я кинулся вперед с четким желанием размазать его по стенке. Все произошло очень быстро. Я со всего размаху ударил в это ненавистное лицо, а он или не успел или не захотел отклониться. Не знаю, откуда у меня взялись силы, но мой удар отбросил его к стене. Асталин не упал. Он оперся рукой о стену, а уже через секунду быстро выпрямился и вскинул голову. Я разбил ему губу. Алая кровь капала на белоснежную рубашку, а я смотрел на это и словно перематывал пленку назад. Это ведь уже было? Только чья это была кровь? Его? Моя?

Попытка вспомнить опять привела к вспышке боли. Я вскрикнул и обхватил голову руками.

В кабинете поднялся шум. Все повскакивали со своих мест и заговорили, почему-то одновременно и очень громко.

- Что с ним такое? Боже мой! Андрей Александрович, вы целы? Что происходит? Даниил!

Кто-то схватил меня за плечи. Крепко и очень вовремя, потому что ноги меня уже не держали.

- Быстро врача! – скомандовал совсем рядом властный голос. Кто-то осторожно пытался отвести мои руки, чтобы взглянуть мне в лицо.

- Андрей Александрович, я здесь.

А этот дрожащий голосок принадлежал Ларисе Витальевне, нашей заведующей медицинским отделением. – Ваша рана, позвольте я…

- Да не мне врача! – раздраженно рыкнули у меня над ухом. - Маринскому!

Начальник? Его голос был совсем близко. Так это он меня держит? Наплевав на боль, я убрал руки и, подняв голову, встретился взглядом с Асталиным. Да, это был он. Его руки сжимали мои, а темные глаза пристально всматривались в мое лицо. Словно мое состояние было ему гораздо важнее, чем собственная разбитая губа. Он выглядел скорее встревоженным, чем разгневанным. Да не может этого быть.

- Отпусти меня! – заорал я и начал отчаянно вырываться. - Отпусти, гад! Монстр! Ты убил Костю…

- Да что тут творится? Господи!

Кто-то поспешно проталкивался сквозь толпу, сгрудившуюся вокруг нас.

- Еперный балет! Данька, что с тобой?

Я не поверил своим ушам, услышав знакомый голос. Мое тело оцепенело, и я обмяк в руках Асталина. А потом медленно повернул голову.

Передо мной стоял Костя Луковский, живой и здоровый.

- Ты чего творишь, Данилыч? – громко и почти испуганно спросил он.

- Костя? – прохрипел я севшим голосом. – Ты… как? Ты в порядке?

- А не должен? – нервно хмыкнул он. – Боже ты мой, Данька, а я еще сомневался насчет Воздействия! Думал, что ты просто переутомился и…

- Минутку.

Моего воскресшего друга прервал вкрадчиво угрожающий голос.

- Я так понимаю, Константин Игоревич, вы в курсе происходящего? Может, поделитесь?

Асталин, чтоб его… Он все еще держал меня мертвой хваткой.

- Андрей Александрович, это моя вина, - сглотнул Костя. – Я даже не думал, что все так серьезно! Вчера Данька обратился ко мне с жалобой на провалы в памяти, и я заподозрил Воздействие. Еще бы, он же постоянно возится с рукописями и книгами из Хранилища! В общем, я предложил ему пройти обследование, и вот тут началось самое интересное. Система не подтвердила, но и не опровергла Воздействие. Показания приборов скорее указывали на последствия амнезии. После этого мы решили повторить процедуру, и Данька уснул. Я не стал его будить. Уже утром вышел из кабинета ненадолго. И вот…

- Значит, вы решили проверить возможный факт Воздействия? – зло выплюнул начальник. – Дружной компанией вдвоем? А вы в курсе, что это должна делать специальная комиссия? Вы врач и главный специалист медицинского отделения!

- Я все понимаю. Я готов понести любую ответственность.

Костя виновато склонил свою лохматую голову.

- Он же ударил тебя ножом, - тупо произнес я. – Твоим же скальпелем.

Все опять дружно уставились на меня. В кабинете наступила минута молчания. Костя вздрогнул, глядя на меня округлившимися глазами.

- Дань, кроме нас с тобой этой ночью в медицинском отделении никого не было, - медленно и осторожно произнес он. – И никто меня не резал никакими ножами.

- Но там были осколки! И пятно на полу! Я думал, это кровь…

Я замолчал. Все, силы кончились. Я совершенно выдохся.

- Я разбил чертову колбу с раствором, - покачал головой Костя. – Думал, что разбужу тебя, но ты спал как сурок. И пока ходил за тряпкой и веником, ты…

Он замолчал, но продолжал поглядывать на меня с видимым беспокойством. Как на сумасшедшего. И не он один. Так на меня смотрели все присутствующие.

- Значит так. Дайте сюда вон тот стул, - начал командовать Асталин. – И мой мобильный.

Получив через секунду и то и другое, начальник сгрузил меня на стул и начал быстро набирать номер, не спуская с меня глаз. Мог бы и не смотреть. Я больше не собирался на него бросаться. Я словно оцепенел. Что-то начало стучать у меня в висках и давить на глаза.