Летняя гроза в Молнегорске (СИ)

Костя Луковский встретил меня в своей обычной манере – со всей дури хлопнув по спине и с ослепительной улыбкой во все тридцать два белоснежных зуба.

- Даниловский, привет тебе в шляпу! Что ты не весел, как красна девица перед сватами? Когда пить пойдем?

Очки каким-то чудом удерживались на кончике его носа, а вечно растрепанные волосы, казалось, стали еще длиннее и буйнее за эти пару дней.

- Какое там пить? – сделал я возмущенное лицо. - Ты же врач, Луковский. Вот и веди себя соответственно.

- Ну, ты диверсант, Данилыч. Тогда давай хоть чаю попьем. Слышал, ты в Звенигороде гулял, значит, с тебя печенье. Пошли, сейчас организуем.

Спустя пару минут мы уже сидели в его в белоснежно-стерильной медицинской подсобке.

- Хреново выглядишь, - сообщил мне Костя, заливая кипятком пакетик для одноразовой заварки в огромной чашке с интригующей надписью «Доктор – ходячий секс». – Командировка с начальством тебе на пользу не пошла.

- Кость, от чего бывают провалы в памяти? – не стал я тянуть быка за рога.

- Какие именно провалы? Краткосрочные? Сколько раз были?

Костя сразу стал серьезен. У него даже голос изменился.

- Да не знаю, - отмахнулся я. – Разные они были. Я для одного моего друга спрашиваю, он просил узнать.

- Что ты мне впариваешь?

Костя поправил очки и уставился на меня своим фирменным рентгеновским взглядом.

- Сколько их у тебя было?

- Пять или шесть, - сдался я с тяжелым вздохом.

- Нужно обследование, Даниловский. Это тебе не хухры-мухры.

Теперь Костя выглядел уже не просто серьезным. Он начал постукивать пальцами по столу, а это было верным признаком того, что наш доктор – ходячий секс серьезно встревожен.

- Ты разве не думал о Воздействии?

- Блин.

Я чуть за голову не схватился. Воздействие. Твою ж дивизию! О нем я как раз таки и не подумал.

Воздействие было самым неприятным и, кроме того, самым опасным аспектом нашей деятельности. Оно могло наступить в результате длительной работы с артефактами, в том числе с книгами и рукописями особенных, а также при постоянном контакте с наиболее сильными нечами. По своей природе Воздействие было немного похоже на наркотическую ломку и сопровождалось самыми разными симптомами, начиная от банальной головной боли и заканчивая комой. Говоря простым понятным языком, это была передозировка магии. Профилактике Воздействия всегда уделялось огромное внимание в любом из Институтов нашей страны. В данном случае, прежде всего, использовалась политика перестраховки. Хватало малейшего подозрения на наличие Воздействия, чтобы направить потенциального пациента в специальный медицинский Центр для прохождения полного обследования и тщательного лечения, сопровождающегося длительным отстранением от работы.

- Не может быть!

Я все же схватился за голову, представив себя на добровольно-принудительном лечении за надежными стенами больничной палаты.

- Все может быть в этой жизни, - философски протянул Костя. – Хотя накручивать себя рановато. Сначала надо все проверить.

- Как? Все обследования делаются в Центре. А если я туда попаду…

- То уже не скоро выйдешь на свободу. К тому же тебя так накачают успокоительным, что ты забудешь собственное имя.

- Твою…

Я проглотил ругательство и наградил друга тяжелым взглядом.

- Луковский, ты же не думаешь втихаря позвонить в Центр?

- Ты совсем охренел? – возмутился Костя. – Я друзей не сдаю. Хотя Веселые картинки ждут от меня именно таких действий. Ладно, не боись, Даниловский, у меня есть для тебя один запасной вариант. Система для считывания мозговых волн. Слышал про такую штуку? Эта очень полезная вещь даст знать, пустило ли Воздействие свои корешки в твоей голове.

- Твоя драгоценная система? А разве она еще не проходит стадию проверки?

- Ха, кто сказал? Я давно ее изучил, пусть и неофициально. Решайся, друг мой. Сегодня после работы могу все настроить. Но только нам придется остаться на ночь в Институте, чтобы никто ничего не узнал.

- Понятное дело, - я даже не раздумывал. - Спасибо, Костя. Я твой должник.

- Само собой. А теперь иди отсюда, чудо в перьях.

Костя выпроводил меня, и я отправился восвояси. Судя по всему, Асталин продолжал бушевать. Даже до моего кабинета долетал его ледяной голос.

- Где Сморков? Почему начальник отдела кадров не в курсе, где находятся сотрудники?! Сколько он может болеть? Я вас спрашиваю!

Чтобы не попасть начальнику под горячую руку, я остался в своей берлоге и занялся разборкой рукописей. Правда, обложился бумагами я, скорее всего, для виду. В голову ничего не шло. Все, о чем я мог думать, это о предстоящем обследовании. Что если Костя прав и у меня действительно Воздействие? Если результат будет положительным, то моя работа всерьез и надолго накроется медным тазом. Контакт с водяными пройдет без меня. Подготовка к следующему, возможно, тоже…

Так, хватит себя жалеть. Скрипнув зубами от злости, я постарался взять себя в руки. Нечего раскисать раньше времени. Прежде всего надо доделать еженедельный отчет и улизнуть домой пораньше. Мне еще предстояло много дел, в числе которых было – переодеться, заверить маму, что я вернулся целый и невредимый из командировки, и придумать правдоподобную отговорку для того, чтобы провести ночь в Институте. Сюда я планировал вернуться около десяти вечера. К этому времени здесь будут только Костя и сторож Борисыч.