Царь горы [СЛЭШ 18+!]

— Артур ни за что не убьёт сына.

Гарри пожал плечами. «Ни за что», как и «всё что угодно», тоже было весьма резиновым.

О Роне Гермиона сообщала Гарри удовлетворительные новости. Похоже, что Рон ему не лгал.

— Он на твоей стороне, — говорила она. — Уизли почти вдвое увеличили свой капитал. Рон стал играть значимую роль в семье, а до этого, в основном, был на побегушках. Вроде бы они теперь финансируют какую-то крупную забастовку фабрик Ирландии в пользу праворадикального кандидата-националиста.

Гарри махнул рукой. Что делают Уизли со своими деньгами в Ирландии, его не интересовало. Ему нужна была их поддержка здесь, а Рон в последние недели стал ему надёжным товарищем. Вдвоём было проще — Рон был неглупым и при этом рослым, сильным и отчаянным. Именно такой нужен был Гарри, потому что крёстный был рафинированным дельцом. Сириусу нравился игорный бизнес, а его образование и манеры были отличным тому дополнением. Он не любил рейдерские захваты и лишний раз размахивать оружием тоже не стремился. Рон же был достаточно неразборчив, чтобы активно участвовать в любой заварушке, которая могла принести барыши.

Гарри стал известен сам и принёс славу Рону. Криминальная хроника с большой осторожностью писала о мафиозной верхушке — большие деньги предпочитали оставаться в тени. Фамилия «Поттер» в газетах не фигурировала — Гарри называли исключительно его новым прозвищем. Он официально стал крёстным отцом Лондона, и это не преминул отметить и дядя, изредка подающий весточки из Палермо. Его последний телефонный звонок чем-то напомнил разговор с Дамблдором: решения Гарри были одобрены. В прессе же личность Гарри и его судьба обрастали нелепыми историями и дикими подробностями, но по большей части для публики он оставался загадочной фигурой с ореолом баснословного богатства и титулом главы криминальной столицы без фамилии и описаний внешнего вида. Рита Скитер, только однажды посмевшая упомянуть про «жестокие изумрудные глаза», теперь невозмутимо строчила о политических новостях Южной Америки, а кроме неё, никто не рискнул шеей ради сенсации.

В вечерней пятничной газете Гарри прочитал гневное обращение к властям «рядовых граждан, пожелавших остаться неизвестными из опасения за жизни своих близких». «Граждане» требовали принять меры, призывали хором Гарри посадить, а лучше — сразу уничтожить, чтобы «не допустить». Чего — Гарри не очень понял, но за шумной заметкой скрывалась открытая попытка создать Гарри репутацию насильника, убийцы и фашиста. Гарри только усмехнулся и отбросил газету. В общем-то, он и был убийцей, чуть не стал насильником, ну а до фашиста, наверное, тоже недалеко.