Момент Макиавелли. Политическая мысль Флоренции и атлантическая республиканская традиция [Не менять название! Перенос части названия книги в это окно полностью удаляет эту часть названия из дескрипшена книги при скачивании!]

Английскому варианту «момента Макиавелли», как мы видели, присущи свои сложности экономического и психологического характера, которых мы не найдем у его истоков, во Флоренции. Наиболее выразительные формулировки их конституционных аспектов принадлежат Генри Сент-Джону, виконту Болингброку, и заключены в работах, написанных им в период между первым и вторым изгнанием – куда он оба раза отправился по своей воле, – когда он решил организовать в прессе и памфлетах кампанию против политики Уолпола, используя при этом язык, непосредственно перекликавшийся с риторикой 1698–1702 и 1711–1714 годов1182. Программа партии «страны» – частые парламентские выборы, исключение тех, кто злоупотребляет должностными полномочиями, наличие земельных владений как обязательное условие членства в палате общин – сформировалась в борьбе с политикой Дэнби в 1675 году и вылилась в кампанию против масштабных военных действий и ущерба, который они наносили правительству и бюджету. После полного поражения партии тори в 1714 году несколько последующих правительств, состоявших из вигов, не оспаривая решения прекратить участие в европейских военных кампаниях, выстраивали политический курс, известный как «рост олигархии»1183. Для него были характерны сильная и устойчивая исполнительная власть, представленная монархом-протестантом и парламентом, и стабильное снижение политической конкуренции; в число используемых средств входили нечестные выборы, принятие Семилетнего (вместо Трехлетнего) акта, продлевающего срок полномочий парламента, и система политического управления, в которой патронаж играл заметную, если не первостепенную роль. Кроме того, этот курс предполагал сохранение банков и фондов, которые были созданы ради финансирования военных действий и противники которых, считая их коррумпированными, видели в продолжении их существования в качестве постоянного элемента государственной структуры исполнение самых мрачных пророчеств. И скандал, которым сопровождался крах Компании Южных морей, нисколько не уменьшил этих опасений. Таким образом, лексикон идеологии «страны», сложившийся за полвека до того, оставался актуальным, включая понятия постоянной армии и биржевых трейдеров. И хотя правительство во главе с Уолполом явно стремилось к сохранению мира, Болингброк и Палтни в своем журнале «Кудесник» при поддержке писателей такого масштаба, как Поуп, Свифт, Гей, Арбетнот и Филдинг, нападали на него, прибегая к той же риторике, которая использовалась против выступавших за ведение войны политических группировок в эпоху Вильгельма и Анны, и представляли Уолпола как прямого исторического преемника и продолжателя этой традиции.