Электронная книга - «История одной любви. Начало». Краткое содержание книги:
Или трагедия.
Решайте сами.
— Что именно рассказать? — Мой не выдержавший поединка взгляд скакнул в сторону, мысли разбежались, губы механически отхлебнули из чашки. Ежкин выползень, кипяток же!
— Осторожно! — всполошилась Мадина. — Горячо!
— Спасибо, очень своевременно.
Закашлявшись, я отставил чашку.
— О своем опыте, — напомнила Мадина о зависшем вопросе.
Она приготовилась слушать со всем вниманием: облокотилась на стол, подперла ладонью щеку. Я почувствовал себя неуютно.
— Хм. Это. В общем…
Мадина молчала, ободряюще кивая головой.
— Ну… — Я снова прокашлялся, некоторое время смотрел в потолок и, наконец, высказался по делу. — Про первый раз?
Пауза ожидания, что мираж развеется или сон прекратится, надежд не оправдала. Раздалось поторапливающе-подзуживающее:
— Угу.
— Мы с приятелями…
— В каком классе? Сколько вам было лет?
— На втором курсе.
Излом бровей увеличился, жадная до подробностей слушательница уточнила:
— Ты же про первый раз?
— Да.
— Ясно. — Черные брови подпрыгнули и вернулись в обычное положение. — Слушаю.
— Мы выпили и отправились к знакомым девчонкам.
— Твоя была среди них?
— Моя? А-а, в этом смысле. Нет, у меня не было своей. По дороге мы основательно затарились пивом и водкой. Нам оказались рады, и наутро…
— Стоп! — Ладонь Мадины отцепилась от щеки и с громом ударила об стол. — Подожди про утро. Сколько вас было?
— Трое парней, трое девчонок.
— Все ровесники?
— Да.
— Что же вы делали?
— Пили. Всю ночь.
Мадина хмыкнула:
— Это понятно. А кроме?
— Потом я ничего не помню.
— Постой. Ты хочешь сказать…
— Да, — признался я. — Все произошло по пьяни, и в памяти ничегошеньки не осталось.
— А у тебя было с одной или?.. — Фраза оборвалась, глазки зловредной выпытывальщицы тонко сощурились.
— Говорю же — не помню. Просто не знаю. Очень надеюсь, что никто в тот день не залетел, хотя меня, конечно, специально не информировали, но и претензий не предъявляли. И счастье, что никто ничего не подцепил. Впрочем, говорю лишь за себя: мне повезло. Утром все проснулись в перевернутой вверх дном квартире, валялись вповалку, грязные, противные. Я очнулся первым и ушел. Вот.
Переведя дух, я потянулся за чашкой.
Мадину исповедальный рассказ не устроил. Она склонилась вперед, оба локтя уперлись в стол, голос понизился до тонов, которые можно принять не просто за недовольные, а за угрожающие:
— В ту ночь у тебя вообще могло ничего не быть, твое «повезло» только подтверждает это, а ты обещал…
— И выполнил, что обещал.
Мои разведенные руки сотворили жест «сэ ля ви, дорогуша, ничего не поделать».
Голова Мадины несогласно мотнулась:
— Я просила историю, которая хоть как-то помогла бы в жизни новыми знаниями.
— А я про что? Очень поучительная история. С тех пор я практически не пью. Можно сказать — судьбоносная история.
— Не принимается.
— Остаюсь при своем мнении. — Я лукаво подмигнул: мол, подловила хитростью, хитрость же прилетела ответно.
— Мне нужно другое.
— Тогда бартер. В твоем тихом омуте уже водятся чертики. Меняю на них своих.
— У меня совершенно другое!
— Баш на баш. Или тоже рассказываешь об опыте в этой сфере, каким бы он ни был, или я сейчас же выпроваживаю тебя за дверь, считаю до трех. Два…
— Стой! Ты плут и мошенник.
— Сама такая.
— Кваздик, ты ведь понимаешь: если кто-то узнает…
— Кто-то, имеется в виду — кроме меня? А что ты ответила вчера, когда я предположил, что мои откровения могут уйти в народ? Дословно: «Слышал когда-нибудь, чтобы я трепала языком?» Я не слышал, и вот ты тут. Так же никто и никогда не слышал сплетен от меня. Будь это не так, вряд ли Гарун считал бы меня другом.
По щекам Мадины поползли пятна, довольно быстро покраснела и шея. У выбранной не по размеру футболки при наклоне отвисла горловина, и проявления внутренней борьбы продолжили движение дальше. Мой застопорившийся взор пришлось срочно уводить.
Родинка. Чертова родинка. Чертова девушка с чертовой родинкой на чертовой груди. Черт-черт-черт.
А ведь я зарекался не чертыхаться. А попробуй тут не. Вот и.
Мадина решилась.
— С похожим вопросом однажды я обратилась к Султану, ты видел его вчера на вечеринке.
Султан? Еще бы не помнить Султана. Окажись он чуть более адекватным и не бойся Настя в таком состоянии остаться с ним наедине, крепкий парниша с мутным взором уехал бы с девчонками вместо меня. И не было бы в моей жизни столь незабываемого начала лета.