Ребус [litres]

– Слышь, рожа! – заорали откуда-то справа. Орал Найцес, занося руку с зажатым в ней камнем. – Сдохнешь девственником, выродок!

Камень был непростым, как и все эцесы. Долетев до цели, он вдруг взорвался на тысячу неделимых частиц, и те, на секунду зависнув в воздухе, ринулись в направлении террориста. Ребус с нечеловеческим проворством отскочил в сторону, а Дитр, пользуясь тем, что тот отвлекся, ринулся на Ребуса с голыми кулаками.

Первый раз он промахнулся, потому что Ребус явно не привык к простому телесному мордобою, а предпочитал уворачиваться от ударов – как и от всего остального. Второй раз ему удалось ударить Ребуса в солнечное сплетение, но террорист, вместо того чтобы согнуться от боли, с высоты грохнул Дитра локтем между плечом и шеей, отскочив подальше.

– Любите вы, шваль, махать руками, – прокомментировал Ребус, сжимая длинные, неровного цвета кисти в кулаки.

Дитр ничего не ответил и снова прыгнул на него, понимая, что хоть Ребус и лет на тридцать старше его, он все так же крепок, как на эскизах художников-антропологов, и живуч как насекомое. Кулак попал в челюсть, а кончик сапога угодил в лодыжку. Ребус выгнулся назад и, непонятным образом сгруппировавшись повалился на бок, тут же вскочив с земли на ноги. Дитр чувствовал, как к его сущности подкрадывается гнойная злоба, готовая прикончить его в любой момент, едва он снова попытается ударить.

«Отойди», – сказали ему где-то внутри голосом шеф-следователя. По земле к Ребусу крался Ралд, у которого хлестала кровь из носа – результат всемирного швыряния камнями. Дитр откатился назад, хватая за шкирку Найцеса. Тот послушно пополз обратно, понимая, что сейчас произойдет.

С промежутком в долю секунды грянули выстрелы. Пули летели в цель, но ни одна ее не достигла. С легкостью все того же насекомого человек в черной тальме, едва касаясь руками и ногами водосточной трубы, достиг крыши склада. Даже не обернувшись, он взмахнул одеянием и выпрыгнул из зоны обзора – и все поняли, что на сегодняшний день все кончено.

В замолкшем воздухе раздалось мяуканье. Кот, ковыляя на пушистых лапах, шел к Виалле, которая сидела около распластавшегося по земле соплеменника. Тварь принялась болезненно и нелепо тереться о колено кодировщицы, а та лишь досадливо качала головой, повторяя про сотрясение мозга и ветеринара. Дитр подошел к телу Локдора, Ралд, зажимая нос, встал поодаль. К ним подошла Вица, вытирая израненные руки об безвозвратно замаранный кровью плащ, а Беркеэ со старшим глашатаем выбежали во дворик.

– Да Орлеи жить будет? – спросил шеф-следователь.

Виалла дернула ртом и пожала плечами. К ним уже бежали доктора, и она ждала, когда они примут Коггела, не решаясь пока отнять платок от его шеи. Беркеэ повернулся к Дитру, который смотрел на труп коллеги.