Бывшие

— Вик…

— Ты не любишь ее, я знаю, — становится непривычно серьезной. — Я вообще хорошо тебя знаю, хоть тебе так не кажется, конечно. Если бы ты ее любил — ты бы никогда не поехал сюда за какой-то вшивой фотографией. Ты сейчас здесь и это говорит о многом.

Признаться, я удивлен. Если еще вчера мне казалось, что ничерта она не изменилась, осталась такой же взбалмошной девчонкой, то теперь вижу, что пять лет все-таки не прошли для нее даром. Она повзрослела, стала более уравновешанной. Научилась не мыслить «бегом», а размышлять.

Она права — я здесь и это говорит о многом. Но… как оно часто бывает, слишком много всяких «но».

— Ты же, надеюсь, понимаешь, что все не так просто?

— Мне ли не знать? Да Тигран уроет меня, если просечет, что здесь происходило. Но я пошла на этот риск. И не жалею!

— Я тоже не жалею, что сейчас здесь. Но если нас тянет друг к другу, это не отменяет того факта, что мы по-прежнему остаемся разными людьми.

— А с твоей инстукторшей вы, значит, одинаковые? — вскидывается. — И где она сейчас? Даже не звонит, не интересуется, где шляется ее благоверный.

— Твой горец тоже не спешит узнать, где находится главный бриллиант его коллекции в два часа ночи!

— Я сказала, что ночую у мамы. Даже доехала до ее высотки, немного подождала в подъезде на случай хвоста, а потом выбралась по пожарной лестнице с другой стороны дома на улицу, — чуть припухшие от поцелуев губы растягиваются в лукавой улыбке… вынуждая захотеть поцеловать ее снова.

Абсолютно безумная. На всю голову.

Я скучал по ней.

Чувство вины перед Иванной медленно утопает под упоительным осознанием того, что мы снова вместе. Пусть на одну ночь… Хотя смогу ли я завтра снова равнодушно подарить ее другому? Действительно смогу?

А Иванна? Я на самом деле смогу сделать вид, что не изменил ей?

И где сейчас она?

У меня никогда не было повода ревновать, я думал, что знаю ее достаточно хорошо. Но как в итоге оказалось — нет. Да о чем говорить, я даже самого себя, как вышло, знаю плохо.

Я понимаю, что в данную минуту она не сможет дать мне точного ответа, но не спросить не могу:

— Ты планируешь уйти от Дабозова?

— Возвращаю тебе твои же слова — все не так просто. Это ты можешь собрать вещи и уйти, максимум выслушав бабскую истерику, у меня же немного иное положение. Тигран не отпустит меня так легко. До тех пор, пока я ему не надоем, он будет держать меня на коротком поводке.

— И сколько это может продолжаться?

— А ты считаешь, что я могу надоесть? — игриво улыбается, вызывая тем самым приятную истому, и тут же фривольные мысли сменяются совсем другими: сейчас она со мной, да, но потом она вернется к нему…

Думать о том, что кто-то другой будет касаться ее и делать все то, что я делал с ней минутами ранее крайне неприятно. Конечно, он может с ней «законно» спать, они вместе долгое время, но если еще вчера я думал об этом относительно спокойно, то сегодня все разительно изменилось.

До сегодняшнего вечера я не собирался рвать с Иванной, даже не смотря на ссору, но и отпустить теперь так просто Вику тоже не могу. Хотя и удерживать ее не имею никакого права, потому что она с другим и тоже не спешит уходить.