Проклятые убийцы

– Я без понятия! Должно быть, он сбежал, – робко отозвался Анубис за его спиной.

– Да как ты посмел проворонить связанного пленного, тупица?! – зашипел Калигула. – Как этой скотине удалось смыться?!

– Я слышал подозрительные шепотки в комнате, в которой застал Маму. Он, скорее всего, соврал, что разговаривал с Олегом, – начисто выложил Анубис.

– Так ты слышал и ничего не предпринял? – рот Калигула округлился так, словно в него вставили тоннель.

– Я заглянул в комнату, но различил одного Маму. Я подумал, что он туповат и не представляет угрозы. Ну, то есть не может покрывать беглеца, – оправдывался Бог смерти, уповая на Анх.

– Сам ты туповат, гнилое животное! Где теперь искать этого прохвоста? Сальери! – словно в пьесе, крикнул Калигула.

Писатель с трудом отыскал их в озере тьмы.

– Чего тебе? – буркнул он.

– У тебя язык подвешен. Допроси умственно отсталого! Мама единственный, кто мог видеть, как ускользает пленный червь! – приказал император.

– Ладно, – со вздохом согласился Сальери, вновь ныряя в океан мрака. Целых шестнадцать десять раз он аукал, а на семнадцатую десятку опустился на колени перед кухонным столом. – Ты здесь? – наугад спросил парень в голубой рубашке. Только теперь она превратилась в неразборчивое серое пятно.

– Н-нет, – испуганно солгал Мама.

– Приятель, ты видел, как выкарабкался Пустыня? – для галочки поинтересовался Сальери.

– Нет, – Мама опять утаил правду.

– А если подумать? – не отступало серое пятно.

– Я не умею думать, – упрямствовал Мама.

– Попробуй. Это несложно, – посоветовал Сальери.

Мама попробовал: и правда – несложно. Он подумал, что раз Пустыня улизнул, значит, с ним плохо обращались. Значит, все эти парни злые, а Пустыня добрый. А добро всегда побеждает зло. Мама хочет быть добрым, значит, Мама будет молчать.

– Я ничего не видел, – повторил Мама.

В сущности, он действительно не разглядел парня. Он его только слышал. И любил.

– Что ж, забей, – махнул голубым рукавом Сальери, разгибаясь.

Затем он утопал докладывать Калигуле об отрицательных результатах допроса.

– Что же нам теперь делать? Где его искать? – разрыдался император.

К счастью, им не пришлось разыскивать гитариста. Судьба самостоятельно привела его обратно.