Феномен

Действовал я молниеносно, медлить нельзя. Мигом отправил «МГ-34», тот на станке был, в хранилище. У меня там около тонны свободно, всегда держу для неожиданных трофеев. Атаковали мы вовремя, одна сторона горизонта светлела, сейчас на вторую линию окопов пойдём, а мне трофеи нужно собрать. Это мои личные, законные. Для меня так точно. С пулемётом прибрал две коробки с лентами и ящик с патронами под ногами. С тел обоих немцев, ремень с «Парабеллумом» в кобуре первого, пистолет я сразу привёл к бою и сунул за ремень, со второго карабин, подсумки, мелочёвку из карманов обоих, наручные часы, четыре гранаты-колотушки. Ранцев не было, видимо оставили в блиндаже. Теперь это уже не мои трофеи. Документы забрал, потом сдам. Секунд сорок всё заняло, и двинул дальше. Винтовку свою не бросил, сдать потом придётся, но пока держал в левой руке, ремня у той не было, а в другой руке пистолет. Тот почти сразу пригодился, я добежал до основной линии окопов и рассмотрев тени, благо тут очередные ракеты пустили, увидел, как два немца душат нашего брата-штрафника. Застрелил обоих, постаравшись так, чтобы своих не зацепить, потом ещё трёх немцев застрелил, и всё только наших видел. Убитых много. После этого пистолет за ремень и вскинув винтовку к плечу, начал прицельно стрелять. Немцы, не выдержав нашего удара убегали по полю, вот и стреляли в спины, не я один палил. Четыре выстрела, четыре поражения цели, а пока перезаряжался, вставляя обойму, всех и положили, ни один не добежал. Хотя бои шли серьёзные. У тех окопов, что вели из первой линии ко второй. Немцы там пулемёты поставили и серьёзно держали оборону. А командиры орали, вперёд гнали. Со спины к нам линейные части подходили, что займут взятые нами окопы. А спас я оказывается бывшего адъютанта Петровского. Вот же ирония Судьбы. Если выживет, один немец ему успел штык под ребро сунуть. В госпиталь отправят. А пока атакуем. Перелившись через край окопа, я вскочил на ноги и с матом рванул дальше. Падал четыре раза, все четыре у тел подстреленных мной немцев. Собирал трофеи. У одного «МП-40», прибрал с подсумками запасных магазинов, бой в окопах такое дело, с винтовкой там туго, на первой линии пистолет помог, тут пистолет-пулемёт будет. Документы тоже забрал, для отчётности. Пули так и свистели, немцы из второй линии обстреливали нас. Сам я тоже вёл прицельный огонь из глубокой воронки. Тут нас пятеро, включая командира взвода. Жив, чем удивил меня. Видел, как мои пули сбивали каски, после поражения в голову.

Тут наши прорвались по окопам на вторую линию, и немцы сильно озаботились отправкой туда подкреплений, так что взводный приказал и мы, покинув воронку, рванули вперёд, то тут то там поднимались другие парни из укрытий. Из нашей двоих пришлось взводному пинками поднимать. Я две гранаты бросил в окоп, где видел каски, и упал, пережидая взрывы, после чего вскочив, с пистолетом в руке спрыгнув в окоп, сразу застрелил здорового немца в нашем советском овчинном полушубке, видать с командира какого снял. Мне полушубок понравился, в голову стрелял. Тот «МП» был вооружён. Потом стрелял по немцам вокруг, выпустив весь магазин, да их тут и было восемь, пять моих, троих другие штрафники пристрели или закололи, и пока те прыгали в окоп, или сползали, я быстро вытряхнул немца из моего полушубка, вроде не испачкал, и сделав вид что занял стековую ячейку, тут ниша в стенке окопа, прибрал и «ПП», и белый полушубок. Хотя зря его белым называют, жёлтый скорее. Сменив винтовку на пистолет-пулемёт, я рванул дальше и стал у парней пробивной силой, просто заливая окопы свинцом. Сначала гранаты летели, переждав разрывы я высовывал из-за угла ствол автомата, давал очередь на пол магазина и дальше бежали парни, работая штыками, так и зачищали окопы. Некоторые стреляли по немцам, те покидая окопы бежали к себе в тыл, вот и из винтовок били по ним. Некоторые торопились, мазали, вот и матерились. Когда меня ранили я и не заметил, по левой руке что-то потекло. Парни сказали. Скинул телогрейку, гады, попортили, и поверх гимнастёрки перевязали. Да царапина, мясо чуть подрало.