Семь страниц из истории русской музыки
- Автор: Шорникова Мария Исааковна
- Год: 2012
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-222-18752-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Семь страниц из истории русской музыки». Краткое содержание книги:
Автор — музыковед Ростовского академического симфонического оркестра, заслуженный деятель Всероссийского музыкального общества, заслуженный работник культуры Российской Федерации Мария Шорникова.
Книга предназначена для любителей русской музыки самого разного возраста.
Однако какое бы сочинение Римского-Корсакова ни рассматривать, всегда в нем выступает великий русский художник-гражданин, борец за справедливость… Римский-Корсаков умел любить и ненавидеть; Он слышал и воплощал в своем искусстве всю красоту мира, видел прекрасное в жизни, в людях, в природе, воспевал его в своем творчестве. Так же ясно, как и прекрасное, видел он и безобразное, прежде всего несправедливость царской власти. Темы добра и зла, красоты и насилия над ней, любви к Родине и защиты ее от врага занимают центральное место в его творчестве. Отсюда и привязанность композитора к былинам, преданиям, сказкам, в которых образно раскрывается борьба добра и зла, утверждается вера в победу доброго начала. «В сущности, мой род — это сказка, былина и непременно русские», — говорил композитор. В его произведениях проходят картины старинной народной жизни, бытовой и обрядовой, оживает Древняя Русь во всем ее своеобразии и красочности — такой, как она представлялась поэтическому воображению композитора.
В самом искусстве он видел одно из проявлений духовной мощи народа, могучую жизненную силу, облагораживающую человека, пробуждающую в нем высокие стремления, раскрывающую лучшие качества его натуры. В ряде произведений композитора действуют народные герои, славные не ратными подвигами, а своей художественной одаренностью; они являются одновременно носителями высоких, патриотических чувств и нравственных идеалов. Таков, например, былинный гусляр Садко.
Его произведениям свойственны особая гармоничность, стройность, звонкость, праздничность — от опер «Снегурочка» и «Золотой Петушок» до «Сказания о невидимом, граде Китеже» и его гениальных романсов.
У Римского-Корсакова был очень редкий для музыканта «цветовой слух» — цвета и краски природы приобретали для него особое звучание. И не случайно то, что его часто называют «великим музыкальным живописцем».
Детство и юность Римского-Корсакова прошли при крепостном праве, а в конце жизни он стал свидетелем событий первой русской революции. Взгляды его сформировались в 60-х годах под сильным влиянием писателей-демократов. Их заветы — глубочайшую любовь к Родине, народу, свободомыслие и ненависть к самодержавию — он пронес через всю жизнь. Высокой принципиальностью, честностью и беспощадной правдивостью отмечены вся его жизнь, творчество и музыкально-общественная деятельность. Думается, что не случайно Римский-Корсаков закончил свои воспоминания такими знаменательными словами: «Летопись моей музыкальной жизни доведена до конца. Она беспорядочна, не везде одинаково подробна, написана дурным слогом, часто даже весьма суха; зато в ней одна лишь правда».
Николай Римский-Корсаков происходил из старинного дворянского рода. Он родился и вырос в Тихвине, на краю этого небольшого провинциального города, возле реки, близ полей и лесов. Там его мать, Софья Васильевна, научила маленького Нику любить и почитать природу. Природа этого северного края, сама атмосфера города способствовали становлению этой редкостно цельной натуры. В Тихвине были живы старинные обряды. Особую роль в этом играл знаменитый Тихвинский монастырь с древними росписями, колокольным звоном, чудотворной иконой Тихвинской Богоматери, к которой народ стекался со всей России. Его предки занимали видные посты в армии и администрации, начиная с прапрадеда контр-адмирала флота при Елизавете Петровне.
Родился он 18 марта 1844 г. в Тихвине Новгородской губернии. Некоторые черты натуры Н. А. Римского-Корсакова — высокая принципиальность, неспособность к компромиссам — сложились, наверное, под влиянием отца, который в свое время был отстранен от должности губернатора личным указом Николая I за гуманное отношение к полякам.
Из биографий знаменитых музыкантов мы часто узнаем, что талант их проявился еще в раннем детстве. Маленький ребенок поражал необычайным, ярко выраженным дарованием, и родители понимали, что его будущее — музыка.
О Римском-Корсакове такое сказать нельзя. Хотя в шесть лет Ника, как звали его родные, начал заниматься музыкой, но учительницы попадались неинтересные, и занятия не увлекали. Обязательными упражнениями Ника занимался с ленцой, зато любил менять в исполняемой пьесе конец. На возражения отвечал: «Так красивее». Часто близкие замечали, что он записывал что-то в свою тетрадь, которую никогда никому не показывал. Первым значительным сочинением был дуэт в подражание песне Вани из оперы «Иван Сусанин». Ни сам мальчик, ни его родные не думали, что он станет музыкантом. Ника рос обыкновенным мальчиком — пытливым, подвижным. Он любил игры, которые сам придумывал, любил лазать по крышам и деревьям, бегать в саду за домом, бродить по полям или в лесу, не всегда слушался старших, иногда шалил. Мысль сделаться музыкантом ему и в голову не приходила; он мечтал о путешествиях и плаваниях по далеким морям, зачитывался книгой «Гибель фрегата «Ингерманланд», которую затвердил почти наизусть. В письмах к старшему брату Воину Андреевичу он то и дело спрашивал об устройстве корабля, просил объяснить морские технические термины, которых знал множество: трос, рангоут, брасы, топенанты, штаги, шкоты…
«… Скажи мне, сколько у тебя якорей и как они называются. Я знаю два названия: плехт и даглист. Да скажи мне, в каком ярусе степсы для мачты, скажи, сколько у тебя пушек на шхуне; я желаю знать, в каком ярусе находится у тебя машина, сколько у тебя штурманов и матросов, да напиши, пожалуйста, сколько на шхуне парусов… Скажи мне, отчего, когда корабль тонет, вода бьет из люков каскадом. Я это читал в описании крушения 74-пушечного корабля «Ингерманланд», — писал он в одном из писем. Он построил маленький корабль по всем правилам морского искусства и плавал на нем по речке Тихвинке, протекавшей перед домом.
Морская служба была традицией в семье — при Петре Великом Кронштадтской эскадрой командовал вице-адмирал Воин Яковлевич Римский-Корсаков. Дядя композитора, вице-адмирал Николай Петрович Римский-Корсаков, получил золотую саблю за. проявленную храбрость. Моряками стали и сыновья Воина Андреевича — Федор и Петр.
Воин Андреевич Римский-Корсаков, отважный и энергичный моряк, командовал шхуной «Восток» в известной экспедиции Путятина, совершившей плаванье у берегов Китая и Японии в 1852–1854 годах, и в книге «Фрегат «Паллада’*» Гончарова есть строки о нем. Воин Андреевич вызывал восхищение младшего брата. Большое значение для мальчика имели его письма. В них старший брат рассказывал о далеких странах, их природе и обычаях разных народов. Человек одаренный, любознательный, прогрессивный, он часто высказывал в своих письмах демократические взгляды; свидетельством этого является и его докладная записка высшему командованию с предложением об отмене телесных наказаний во флоте.
Отец композитора, Андрей Петрович, был одно-время гражданским губернатором Волыни. Он Отличался мягкостью правления и свободомыслием. Известно, что он не побоялся встретиться с осужденными декабристами М. Муравьевым-Апостолом и А. Бестужевым и дружески ссудить их деньгами. «Оказанную нам тогда услугу свято храню в памяти по сию пору», — писал об Андрее Петровиче много лет спустя Муравьев-Апостол. После того как он был уволен специальным приказом Николая I, Андрей Петрович поселился в старинном, доставшемся в наследство доме в Тихвине. Ему шел уже седьмой десяток, когда родился младший, сын Ника.
Нике было 12 лет, когда отец привез его в Петербург и определил в морской кадетский корпус. Сбылась сокровенная меч-fa стать моряком. Занимался Ника усердно и ровно. И все же бытовавшие здесь нравы — была ему-чужды… Он страдал от бессмысленных занятий «фрунтом», муштры. Но юный кадет быстро освоился там, сдружился со старшеклассниками, среди которых был будущий писатель, автор «Морских рассказов» К. Станюкович и художник В. Верещагин. Спустя годы, он вспоминал: «Это был кадетский дух, унаследованный от николаевских времен. Не всегда красивые шалости, грубые протесты против начальства, грубые отношения друг с другом, прозаическое сквернословие в беседах, циничное отношение к женскому полу, отсутствие охоты к чтению, презрение к общеобразовательным научным предметам и иностранным языкам. А летом в практических плаваниях и пьянство — вот характеристика училищного духа того времени. Как мало соответствовала эта среда художественным стремлениям…. И я произрастал в этой сфере чахло и вяло в смысле общего художественно-поэтического и умственного развития».