Великая аграрная реформа. От рабства до НЭПа
- Автор: Прудникова Елена Анатольевна, Пучков Дмитрий Юрьевич Goblin
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Питер
- ISBN: 978-5-4461-1367-5
- Жанр: История
Электронная книга - «Великая аграрная реформа. От рабства до НЭПа». Краткое содержание книги:
Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда большевики совершили невозможное, проведя невероятную по смелости аграрную реформу. Не осмыслив сути этой реформы и цены, которую наша страна заплатила за то, чтобы вырваться из феодализма, невозможно понять то страшное и великое время.
Отец Павлика Морозова сволочь был редкостная, но стал председателем сельсовета. А вот как вы думаете, по какой причине?
Д. Пучков: Его назначали или выбирали?
Е. Прудникова: А хоть назначай, хоть выбирай — другой кандидатуры просто не было. Он был в деревне единственный грамотный человек. Неграмотным председатель сельсовета быть не может. Такое вот сельское счастье.
Д. Пучков: Ну, так там же и хлеб не рос.
Е. Прудникова: Почему? Хлеб рос. На Урале он, в общем-то, растет. Но если у тебя слабое хозяйство, ты все равно не выползешь, хоть на черноземы тебя посади.
Д. Пучков: То есть приезжающие крестьяне не смогли сделать так, чтобы все там расцвело, заколосилось…
Е. Прудникова: Мне один из наших форумчан прислал воспоминания своей бабушки. В семье было двое детей, папа и мама достаточно сильные. Но первые годы у нее воспоминание было только одно — как она лет с семи батрачила на кулаков. Она батрачила на кулаков, брат батрачил на кулаков, папа, мама батрачили. В итоге за несколько лет такой каторги они сумели купить лошадь и более-менее поднять собственное хозяйство. Но даже так получалось далеко не у всех. Поэтому что на старом месте, куда вернулись вконец разоренные люди, что на новом — везде копился самый страшный и горючий материал, который только может быть. Человек, который был хоть каким, но хозяином, а стал полным пролетарием. Это же сухая солома — только искорку зарони… И вот в таком состоянии наша деревня добрела до 1917 года.
Д. Пучков: Подведем некоторую черту. Переселение в Сибирь никаких результатов не дало. Или дало? Может, оттуда хлеб рекой потек?
Е. Прудникова: Переселенцы тут были совершенно ни при чем. Хлеб тек рекой со старых хозяйств, он и продолжал течь, сколько пропускала железная дорога. А переселенцы только способствовали разжиганию в Сибири гражданской войны.
Д. Пучков: А вот Владимир Ильич говорил, что Колчак помог…
Е. Прудникова: Колчак помог уже потом. Столыпинские переселенцы с самого начала стояли за красных. А Колчак заставил и старых сибиряков биться за советскую власть. Товарищ был просто на редкость гениальный, если сумел в Сибири, большинство населения которой было ни за кого, разжечь гражданскую войну. Это уметь надо. Но с самого начала в Сибири стараниями Столыпина хватало горючего материала. Причем винить Столыпина нельзя — у него выхода, в общем-то, не было, как я уже говорила. Империя умирала, и не существовало средств ее оживить.
А потом наступил 1917 год. И тут-то началось самое интересное. У нас о Февральской революции как говорят? Мол, в Петрограде взбунтовались рабочие, солдаты…
Д. Пучков: И матросы.
Е. Прудникова: Матросы были чуть позже, сначала поднялись солдаты запасных полков. У них был железный резон: они очень сильно не хотели на фронт. Император вызвал четыре полка с фронта, которые то ли не дошли, то ли их не прислали, поэтому произошла революция. Слышали эту версию?
Д. Пучков: Конечно…
Е. Прудникова: Самый первый, самый замечательный вопрос — а что бы делали четыре полка с фронта против 180-тысячного петроградского гарнизона? Оружия в городе хватало, взять бы его сумели без проблем. Города брать — одна из самых сложных задач на войне. Перебили бы эти полки или переманили на свою сторону, только и всего. И совершенно правильно их не прислали, генералы знали, что делали. В итоге, с помощью петроградских событий, государь император отрекся, и началась в России, пока что де-факто, республика. Города на республику откликнулись кто больше, кто меньше, а вот кто на республику откликнулся сразу и очень сильно — это деревня.
Д. Пучков: А что там произошло?
Е. Прудникова: Они давно этого ждали. Двести лет ждали, с тех пор как попали в рабство — ждали и копили обиду и ненависть, чтобы разобраться с помещиками, кулаками — со всеми сразу. Последствия в истории — они в основном отдаленные. Иногда бывает и так: ты что-то сделал, и тебе сразу ответка прилетела. Но в таких серьезных делах, как земельная реформа, от ветка может прилететь спустя 30, 40, 50 лет. И март 1917 года — это реакция на реформу 1861 года.