Роковой романтизм. Эпоха демонов
- Автор: Жаринов Евгений Викторович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-114717-4
- Жанр: Искусство и дизайн
Электронная книга - «Роковой романтизм. Эпоха демонов». Краткое содержание книги:
Новая книга Евгения Жаринова посвящена эпохе романтизма, противоречивого момента в истории культуры человечества. Повальное увлечение мистикой и спиритизмом соседствовало с бурным развитием науки и медицины, промышленности и массового мышления. Романтизм раскрыл человечеству тайну древнеегипетских иероглифов, познакомил с динозаврами, подарил консервную банку и явил мрачный гений Наполеона. Гойя, Байрон, Гофман, Шопен, Ницше — вот неполный перечень гениев, рожденных эпохой романтизма. О его влиянии на развитие мировой культуры эта книга.
Виктор Гюго пережил ее на два года. Любовницы у него не переводились до самого конца.
Байрон, Перси Шелли и Мэри Шелли. Франкенштейн и Вампир
Бедность, в которой родился Байрон и от которой его не избавил титул лорда, дала направление его будущей карьере. Когда он родился (на Холл-стрит в Лондоне, 22 января 1788 года), его отец уже потерял семейное состояние, а мать возвратилась из Европы с остатками состояния. Леди Байрон поселилась в Абердине, и ее «хромой мальчуган», как она называла сына, был отдан на год в частную школу, затем переведен в классическую гимназию. Байрон страдал из-за врожденной хромоты, которая нередко становилась предметом насмешек сверстников. Мальчик настолько переживал, что однажды всерьез попросил семейного доктора ампутировать больную конечность. Смеялись над будущим поэтом и из-за веса — известно, что к 17 годам Джордж весил 102 килограмма. При этом рост молодого человека был только 172 сантиметра. В дальнейшем он долго работал над своим обликом и добился того, что весь романтизм ассоциировался с его внешним видом, а слава хорошего пловца гремела повсюду: поэт смог переплыть пролив Дарданеллы. «Я был обязан говорить всякому свое имя, так как никто не мог узнать ни моего лица, ни моей фигуры», — хвалился похорошевший студент Кембриджа после непродолжительных каникул.
Байрону удалось создать образ-маску: юноши-поэта, поэта-аристократа. Образ конструировался с использованием новейших романтических мотивов: в восхищении семейным поместьем («Прощание с Ньюстедом» — «On Leaving Newstead Abbey») было что-то от вальтер-скоттовского Средневековья. В страсти к воспоминаниям — от присущей У. Вордсворту мечтательной самоуглубленности. В анакреонтических любовных стихах, героини которых скрывались под выдуманными именами Эммы, Каролины, угадывалось влияние Т. Мура. Своим творчеством поэт только укреплял в сознании читателей сложившееся о нем представление.
Однако до появления того Байрона, который станет кумиром молодежи начала позапрошлого века, было еще далеко. О детских выходках Байрона также рассказывают много историй. Сестры Грей, нянчившие маленького Байрона, находили, что лаской можно делать с ним что угодно, но его мать всегда выходила из себя от его непослушания и бросала в мальчика что попало. На вспышки матери он нередко отвечал насмешками, но однажды, как он сам рассказывает, у него отняли нож, которым он хотел заколоть себя. Подобные обстоятельства повлияли на характер юного Байрона, превратившегося в замкнутого и стеснительного подростка, который чувствовал себя в своей тарелке только в одиночестве, наедине с книгами и собственными мечтами. Это ощущение ненужности, непохожести на других даст знать о себе во всех произведениях поэта.
В гимназии он учился плохо, и Мэри Грей, читавшая ему псалмы и Библию, принесла ему больше пользы, чем гимназические учителя. Когда Джорджу исполнилось 10 лет, умер его двоюродный дед, и мальчику по наследству перешли титул лорда и родовое поместье Байронов — Ньюстедское аббатство. Но вместе с приставкой «лорд» от своего двоюродного дедушки Байрон унаследовал шлейф «убийца» (тот по пьяни убил своего соседа).
Десятилетний Байрон так сильно влюбился в свою кузину Мэри Дафф, что, услыхав о ее помолвке, впал в истерический припадок. В 1799 году он поступил в школу доктора Глени, где пробыл два года и все время лечил свою больную ногу, после чего достаточно поправился, чтобы надевать сапоги. В эти два года он учился очень мало, зато прочел всю богатую библиотеку доктора. Перед отъездом в школу в Хэрроу Байрон снова влюбился — в другую кузину, Маргариту Паркер. Страсть к близкородственным связям была очень распространена среди романтиков. Впрочем, подобное поведение вполне отвечало духу эпохи: к примеру, запретная любовь брата к сестре составляет основное содержание автобиографической повести Шатобриана «Рене» (1802).
В 1801 году Байрон уехал в Хэрроу; мертвые языки и древность вовсе не привлекали его, но зато он с огромным интересом прочел всех английских классиков и вышел из школы с большими познаниями. В школе он славился рыцарским отношением к товарищам и тем, что всегда заступался за младших. Во время каникул 1803 года он опять влюбился, но на этот раз гораздо серьезнее, чем прежде — в мисс Чаворт. Мэри Энн Чаворт (1786–1832) была также родственницей Байрона и стала самой сильной его юношеской любовью. В грустные минуты своей жизни он нередко жалел, что она отвергла его. Замужество Чаворт стало для Байрона тяжелым испытанием, и в результате душевного страдания в нем проснулся тончайший лирик. Вот яркий пример того: «Отрывок, написанный вскоре после замужества мисс Чаворт»: