Электронная книга - «Без компромиссов (СИ)». Краткое содержание книги:
Канда чувствует его сомнения, чувствует его недоверие и боль. Но если понадобится, он силой заставит его себе поверить, докажет любым способом, что не причинит ему больше страданий. Ведь он не намерен никуда его отпускать. Ни в одном из смыслов. Он подхватывает его на руки и шагает к кровати. Осторожно укладывает на простыни и сразу же ощущает возмущенный протест. Он заглядывает в его глаза, мысленно успокаивая, что не тронет его. Не сейчас, когда перемирие еще не достигнуто. Канда ложится рядом, крепко обнимает, сжимая нетерпеливыми руками, и замирает. Расслабляясь и постепенно успокаиваясь, он позволяет своим чувствам свободно течь через него, ничего не утаивая. Чтобы Аллен видел, чувствовал, поверил наконец. В ответ он слышит эмоции Аллена, всю его обиду, злость и презрение. Он все их выдержит, выдержит, потому что обязан. Это его цена, его возмездие. Это плата за его счастье. Сколько они так проводят, крепко прижавшись друг к другу и деля одно дыхание на двоих, они не знают. Канда засыпает только под утро, когда начинает светать, а Аллен не может уснуть. Не может решиться и решить, что ему делать дальше. Ближе к завтраку он осторожно встает, пытаясь не разбудить Канду. Удается, и он торопливо собирает свои вещи. У него сегодня была запланирована куча дел, и Канда, свалившийся как снег на голову, не должен стать помехой. Поговорить они могут и потом.
Он спускается в лобби. Потом завтракает с Роад, рассказывая основные моменты их истории и пытаясь успокоить ее бушующие чувства. Ведь все уже почти прошло. Теперь бесполезно что-либо делать. Роад, конечно же, возмущается и начинает ругаться, но все это продиктовано лишь заботой об Аллене, а не злостью на него. Кое-как он все же убеждает ее, что сам все уладит. А она, хоть и не верит, но отступается, понимая, что упрямство Аллена не сдвинуть с места. Прощаясь в смешанных чувствах в аэропорту, он клятвенно обещает ей держать ее в курсе дальнейших событий. Она улетает к Графу, а он возвращается домой. Сегодня у него все расписано по часам.
***
Канда спал беспокойно. Чувство тревоги и неясности не отпускало даже в тяжелой дреме. Только к утру он смог наконец расслабиться. Он прижимал к себе Аллена как можно крепче, но так и не смог до конца поверить, что нашел его, вспомнил. Тогда, год назад в больнице Комуи сказал ему, что амнезия случилась из-за удара по голове, но он не очень-то верил. Почему тогда в памяти смазались именно последние четыре года? Не больше, не меньше. Канда попытался было выяснить, что произошло, но быстро попал в тупик. Не было ничего наводящего на мысли, как будто кто-то нарочно стер все важные события. Канда почему-то помнит только повседневную рутину, но ему все время кажется, что он что-то упускает. И не просто важное, а что-то, что было неотъемлемой частью его жизни.
Промаявшись так несколько месяцев, то пытаясь вспомнить, то загоняя Чаоджи в поисках информации, он, в конце концов, отступается. Это ведь только его предчувствие, никаких фактов он не нашел, так что забивать себе голову не было никакого смысла. Он так решил, но странное ощущение, хоть и поутихло со временем, но до конца так и не исчезло. Иногда он просыпался от тяжелых будоражащих снов, в которых кого-то то ли искал, то ли пытался догнать, но и тут ничего не мог вспомнить. А все оказалось так просто и так сложно одновременно. Он молил Аллена о прощении, но сам, наверное, уже не сможет себя простить. Он всегда был честен с собой и не обманывался, так что не сможет тешиться надеждой, что когда-нибудь перестанет считать себя последним ублюдком.
Он тяжело вздыхает и выпадает из сна на мягкие подушки. Солнце высоко, почти полдень, но он не чувствует себя отдохнувшим. Только вялая усталость наполняет тело. Но она вмиг слетает с него, как только он обнаруживает себя в постели без Аллена. Он ушел, причем наверняка уже давно. Паника накрывает волной, и он тут же вскакивает с кровати, а потом замирает посреди комнаты. Он ушел. Ушел, так и не дав своего ответа. Но Канда чувствовал, чувствовал, что стена ненависти, обиды и отчуждения дала трещину. Ему это не приснилось. А значит, у него все еще есть шанс. Он наскоро умывается и собирается возвращаться в «Орден». Сдавая ключи администратору, он получает записку: «Вернулся домой» и не может сдержать победную улыбку. Он смог, все-таки смог ухватить эту слабую надежду, вырвать свой шанс. И теперь он точно ни за что его не потеряет.
Он возвращается вместе с Комуи и Линали. Те, узнав, что Канда все вспомнил, были далеко не в восторге от известий. Линали же вообще заявила, что теперь может с чистой совестью врезать ему, если что-то опять пойдет не так. И Канда, естественно, соглашается – хоть дважды. Она сердито поджимает губы, а Комуи передает ему контактные данные Аллена. Он сомневается в правильности поступка, но Канда настроен так серьезно, что Комуи не может не признать: вместе с памятью вернулся наконец и разум Канды.
До вечера мечник пытается отвлечься, но мысли, раз за разом, возвращаются к Аллену. Он вновь и вновь перебирает воспоминания и плохие, и хорошие, но не может ими насытиться. Ему нужен Аллен. Рядом, под боком, на расстоянии вытянутой руки, в пределах сознания и так, чтобы он мог чувствовать его. Знать, что тот больше не уйдет. К ночи он изводится вконец и набирает полученный от Комуи номер.
– Где ты?
– Я занят до утра, – шум вечернего города почти заглушает голос, но Канда не чувствует в нем ни раздражения, ни злобы. Это хороший знак. Можно попытаться снова.
– Я буду ждать, – еле выдавливает он из себя, переступая через остатки гордости. Хоть он и отринул ее, но вот так просто выражать свою привязанность придется еще научиться. Аллен молчит в ответ некоторое время, по всей видимости, пребывая в шоке от таких заявлений. То ли от самонадеянности Канды, то ли от приступа заботы.
– Л-ладно, – отвечает тот, запинаясь, а Канда усмехается про себя. Мелкий как будто не понял, что пообещал сейчас вернуться в его дом. Это действительно стоит чего угодно.
***
Громкие голоса перекрывают музыку. Воздух сперт от сигаретного дыма и алкогольных миазмов. Но это – обычная картина для любых клубов и баров любого города. В большом и достаточно известном пабе сегодня все так же шумно, несмотря на будний день. Точнее, ночь. Это спецподразделение полиции отмечает день рождения своего начальника всем составом. Вот только тут, конечно, никто не знает, что они – служители правопорядка. Компания весело буянит уже несколько часов, и, когда Аллен находит их, Линк уже вряд ли может стоять на ногах. Или зачем-то притворяется, развалившись на диване. Парочка громил затевают драку, но их быстро успокаивают. Кто-то режется в карты, проигрывая любимые часы. Кто-то танцует. Обычный пьяный вечер. Аллен выискивает глазами нужного омегу и, не находя, идет на танцпол. А вот тут удача ему улыбается – с танцпола хорошо видел дальний столик в углу, кальян и знакомый полосатый шарф.
– Какими судьбами, Пианист? – спрашивает Вайзли, когда Аллен усаживается напротив и заказывает воду.
– Теми же, что и ты, – он старается улыбнуться как можно расслабленнее и мягче. Этой Ной слишком хорошо знал все его маски, а ругаться ему совершенно не хотелось. Не то, чтобы они вступали в конфронтацию каждый раз как виделись, но Вайзли имел привычку прямо и не стесняясь в выражениях говорить обо всем, что думает и видит. Многих это бесило до крайности, и Аллен был не исключением, но он хотя бы старался сдерживаться. В Семье они виделись довольно редко – Вайзли постоянно где-то был, наблюдая, узнавая и анализируя. Кладезь логики и прагматизма.
– Тоже пришел посмотреть, как гуляют копы? – усмехается Ной. – То, что ты узнал, не дает тебе права издеваться над ближним.
– Я и не пытаюсь, Вайзли, – серьезно говорит Аллен, уже без страха заглядывая в его глаза, потому что это правда. А потом тоже усмехается. – Хотя это бы сбило с тебя спесь, и, может быть, ты хоть немного фильтровал свою речь в отношении меня.
– Давай, сыпь соль на раны, – недовольно бурчит тот, снова затягиваясь. – Я ведь и ответить могу: самурайчик твой все еще за каждой юбкой бегает?