Электронная книга - «Без компромиссов (СИ)». Краткое содержание книги:
– Ты слишком переутомился, – начинает оправдываться тот. – Тебе не стоит…
– Переутомился? – перебивает его Канда. – От чего? От охоты на «Акума»?
– «Акума»? А причем тут они? – не понимает Комуи.
– Да как «причем»? Мы же, наконец, разворошили их гнездо, – фыркает Канда и начинает злиться. – Не тупи и не выбешивай меня сильнее, чем эта дурацкая капельница.
Комуи ошарашено смотрит на него, пытаясь понять, что происходит, а Канда неуверенно поднимается на ноги. Он чувствует, как перед глазами все начинает плыть и, пошатнувшись, падает обратно на диван, проваливаясь в обморок. Комуи, испугавшись, тут же подскакивает к нему, но сколько бы ни тормошил, тот не приходит в себя, и он торопливо вызывает охранников. Канду везут к Книжнику. Странное поведение не просто пугает Комуи, и он, рассказывая о случившемся врачу, понимает, что все может быть очень и очень серьезно.
После осмотра, когда Канда пришел в себя, и разговора с Книжником, тот выходит в коридор к Комуи. Задумчиво хмыкает, оглядываясь на палату, и ведет Комуи к себе в кабинет.
– Что с ним? Не томи, – дергается тот, а Книжник устало падает в кресло.
– Я не знаю точно, могу лишь предположить, – начинает он. – Физическое состояние весьма ослаблено. Обморок случился от усталости, недосыпа и голода. Но это мы скоро поправим. Гораздо больше меня волнует его поведение.
– Он зачем-то упоминал про «Акума», а мы с ними не пересекались по-крупному уж года три, не меньше, – рассказывает Комуи.
– И не только это, – кивает Книжник. – Он не помнит про Аллена. На все наводящие вопросы он ответил отрицательно. И в таком состоянии, сомневаюсь, что он может врать.
– Как это, не помнит? – удивляется Комуи и хмурится, пытаясь понять.
– Вот так. Он не помнит ничего, что с ним связано. С момента его осознания, – задумчиво рассказывает Книжник. – Они ведь встретились, да?
– Да. И все прошло плохо, – подтверждает Комуи. – Где-то три недели назад. Аллен отверг его. С тех пор Канда, по-моему, и не спал толком ни разу. И из кабинета рабочего не выходил.Врач слушает его, не перебивая, и долго молчит, пытаясь выяснить, что именно произошло. Комуи в таком же недоумении. Он усаживается напротив него и сосредотачивается на поиске ответов.
– Единственное предположение, которое кажется мне достаточно правдоподобным, это то, что здесь замешана их связь, – говорит Книжник. – Если, как ты сказал, Аллен отверг его, то связь могла заблокировать воспоминания об омеге, чтобы альфа мог жить и функционировать. Это инстинкт самосохранения. Это как если бы омега умер. Такие случаи единичны, но они были. Это как когда Канда отверг его – связь Аллена посчитала того «мертвым» и поставила дальнейшее существование омеги под угрозу. Сейчас произошло нечто подобное, только участники поменялись местами.
Комуи не может сдержать удивленного возгласа. Он сам был альфой без пары и пока не мог судить о связи, делая выводы и основываясь лишь на теории. Но причин не доверять врачу с многолетней практикой у него не было.
– Мне нужно понаблюдать за ним хотя бы пару дней, чтобы подтвердить предположения, – заканчивает он.
– Что нам делать, если это окажется правдой? – спрашивает Комуи. – Как нам рассказать ему о том, что произошло?
– Рассказывать не нужно, – объясняет Книжник. – Если это так, то мы лишь навредим ему этим – связь опять взбрыкнет, и избирательной амнезией он может не отделаться. Нет, говорить ничего нельзя. Это его единственный шанс придти в себя и продолжить существование.
– И чем объяснить ему то, что он забыл почти четыре года? – сомневается Комуи.
– Он забыл выборочно. Чем ты слушал? – хмурится Книжник. – Только то, что связано с омегой. Повседневную жизнь он помнит.
– Еще не легче…
– Скажите, что его ударили по голове, соврите, – махает рукой Книжник. Сейчас это не его проблемы.
Комуи обреченно кивает, соглашаясь, но у него есть еще один важный вопрос.
– А как же Аллен с егосвязью? – спрашивает он, и так уже понимая, что ничего хорошего не будет.
– А вот ему придется терпеть, если он и дальше собирается его отвергать, – вздыхает Книжник. – Мы и так, как можем, сдерживаем связь медикаментозно. И, если вдруг что-то пойдет наперекосяк, я боюсь, что Аллен может не выдержать.
Комуи опять кивает.
– Нужно будет постоянно контролировать их состояние, чтобы не упустить момент, – продолжает врач. – Будь внимательнее с Кандой, а я попрошу Лави.
Комуи соглашается, благодарит за помощь и уходит к Канде, а Книжник вызывает Лави. Тот приезжает через несколько часов, когда врач уже получил результаты анализов и тестов, подтверждая догадку, а Канде благополучно наврали про удар по голове. Он рассказывает ему о том, что произошло, ввергая в недоумение и шок. Лави, конечно же, возмущается, но тоже не может не признать, что Канде нельзя ничего рассказывать. На его плечи ложится обязанность объяснить все Аллену и проконтролировать его состояние и действия. Когда же он делает это, то последнее, чего он ожидает, так это счастливого смеха.
– Это же здорово! – улыбается Аллен. – Он наконец-то оставит меня в покое!
– Зачем ты так? – грустно вздыхает рыжий, разглядывая ехидную усмешку в глазах.
– А как еще, Лави? – и смех Аллена тут же сменяется озлобленностью. – Этот ублюдок просто все забыл, а я должен мучиться? Ну уж нет! Вот теперь я точно буду знать, что меня не побеспокоят.
– Аллен… – начинает Лави, но тот его перебивает.
– Нет. Пусть будет так, – успокоившись, решает он. Это лучшее, что можно сейчас сделать.
Глава 9
Курортный город встречает ее криками чаек и теплым ветром, наполненным запахом соли. Старинные вычурные дома и новые постройки мелькают за окнами такси. В свете солнца стены домов ослепительно белые, брусчатка на дорогах горячая сквозь тонкую подошву туфель, зелень вокруг буйная и цветущая. Она осматривает местность, завтракает недалеко от гостиницы в уютном кафе старой смуглой хозяйки. Слойки еще горячие, а кофе удивительно вкусный для такого простого, без изысков, места. Неугомонные детишки всех возрастов уже наполняют тенистые переулки, гоняя мяч и развлекаясь какими-то только им известными играми. Порыв ветра пытается украсть ее шляпку на открытой веранде, и она, придерживая ее рукой, не замечает, как он к ней подходит. Лишь отпустив головной убор, она видит легкие светлые брюки, цветастую рубашку и неизменно довольное выражение лица старого друга.
– Не понимаю я тебя, Тикки, – тянет она, лукаво улыбаясь. – Откуда в тебе столько романтики?
– А я не понимаю тебя, Роад. Как можно не радоваться лету и морю? – возвращает он улыбку и тепло обнимает ее, чувствуя легкий поцелуй в щеку.
– Я радуюсь. Но понимать отказываюсь, – привередничает она и заказывает себе сок, когда приносят завтрак Тикки.
– Не зарекайся, – смеется он. – Когда я познакомлю тебя с Лави, ты все поймешь.
– Мне уже интересно, кто же смог украсть твое неприступное сердце, – она играет трубочкой в стакане и рассматривает собеседника. Изменение еле уловимо, но, в зависимости от ракурса, меняет всю картину. Привычная улыбка никогда еще не была настолько счастливой, пока он не заговорил о любовнике. – Хотя мое отношение к церемонии навряд ли изменится.
– Рано об этом спорить, – усмехается он, придвигая к себе чашку. – Потерпи десять минут до знакомства и сутки до свадьбы.
– Заставлять девушку ждать – неприлично, – она притворно надувает губы, но тут же снова улыбается. – Лучше расскажи, как там Аллен.
– Так не терпится? – он шутливо ей подмигивает. – Аллен сам тебе расскажет все, что посчитает нужным.
– С ним что-то случилось? – Роад хмурится. – Тикки!
– Терпение, Малышка. Ты же знаешь, все не бывает идеально гладко. Я рассказывать не буду, потому что Аллену самому нужно этим поделиться. А раскрутить его на разговор у тебя получится лучше, чем у меня, – интригует он.
– Ладно, ладно, – нехотя соглашается она, но, видя изменившийся настрой Тикки, успокаивается.