Давай сыграем в любовь (СИ)

Расплачиваюсь и кое-как умещаю в руках свой заказ, невольно вдыхая пряный аромат, от которого желудок скручивается еще больше, желая отведать побыстрее. Счастливая подлетаю к машине, встречаясь с обеспокоенным взглядом Александра.

— Где ты была, я же сказал сиди и не уходи! — швед в упор смотрит на меня своими небесными глазами, а я неловко протягиваю ему его порцию, что купила в каком-то неописуемом порыве, решив сдобрить злого начальника.

— Взяла нам перекусить, — обворожительно улыбаюсь, а Нильсен все еще не принимает еду из моих рук осматривая со всех сторон.

— Я не голоден, спасибо.

— Ой, да ладно, нам ехать еще долго, ваши леденцы из бардачка вас не спасут, ну же, возьмите, — протягиваю ближе. И швед все же сдается, но все равно морщится. — Не надо на него так смотреть, его надо есть, — демонстративно откусываю кусочек и мычу от удовольствия.

Божественно.

— Знаешь, Агата, если мне будет плохо, и я скончаюсь, то это на твоей совести, — бурчит Александр, присоединяясь к моей трапезе, и все же вынуждая закатить глаза. К сожалению, не от удовольствия…

— Кстати, а куда вы вчера пропали? — интересуюсь, откусывая ещё один кусочек, наслаждаясь теплым ветерком, что растрепывает волосы, и немного все же холодит кожу.

Твою мать, еда с заправки создана богами. Чертов нектар.

— Дела появились, — Александр дергает скулой, потупив взгляд в сторону.

— Важные?

— Очень.

— Наверное, конкретно прижали, раз вы так быстро ушли.

— Да, — прокашливается Александр. — Слишком прижали.

— Я бы сказала: твёрдо придавили, — как ни в чем не бывало бросаю я, игнорируя злой взгляд босса. — Решались, наверное, тоже долго, раз вы не вернулись.

— Поехали, — он кидает в мусорку свой бумажный пакет и огибает автомобиль.

— Но я не доела!

— Значит оставайся тут, — пожав плечами, он занимает водительское сидение и заводил машину.

Ууу, ненавижу!

Мой недоеденный завтрак отправляется в далёкое путешествие в урну, в надежде накормить стаю муравьев, а я зло топаю в сторону своего места.

Индюк. Говнюк. И прочие высказывания.

— И почему вы вечно такой серьезный и куда-то торопитесь? — бурчу я, занимая свое место и пристегиваясь, пока Александр выезжает с территории парковки, на которой мы стояли.

Он хмурится, явно не ожидая получить такой вопрос от меня и продумывает свой ответ, потратив на него достаточно много времени.

— Если ко всему относиться наплевательски, то люди могут этим воспользоваться. Даже, если ты им слишком доверяешь, Агата, — не сводя взгляда с дороги, начинает Александр. — Ты должна понимать, что жизнь не строится на безрассудных поступках, которые так и зовут воспользоваться ими. Нужно следить за каждым своим шагом, чтобы не сесть в лужу и не потерять все, что имеешь, а для этого нужно время, которого и так слишком мало дается.

Он заканчивает свой монолог и делает музыку громче, намекая на то, что спорить с ним или развивать эту тему не нужно, поэтому перевариваю все им сказанное и отворачиваюсь к окну. Всю оставшуюся дорогу мы едем молча, погрузившись в свои мысли.

***

Максимально широкими шагами следую за Александром по светлым коридорам его офиса и записываю список дел, которые нужно сделать мне и ему, только его дела я еще должна как-то уместить в его же расписание.

— Еще нужно отправить букет миссис Крейд и моей матери, в особняк Крейдов от моего имени и с извинениями, что не приеду на выходные, — отчеканивает мужчина, отвлекаясь на женский голос со спины.

Ну конечно, и какой день вообще пройдет без Элис?

— Александр, у меня есть разговор, — она сладко улыбается и бросает злой взгляд в мою сторону. — Только без лишних ушей.

Приподнимаю брови и немного морщусь от этой девчонки, что явно до сих пор пытается привлечь внимание шведа, который не очень этому рад.

— Это срочно? — устало говорит тот, а девушка энергично кивает, приглашая его к себе в кабинет, оставляя меня одну. — Займись пока своими делами.

Какое-то время я солдатиком стою, прожигая закрытую дверь в кабинет рыжей, но любопытство берет своё, потому что какой такой личный разговор может быть у них? Я как помощник, должна знать! И ничего вдвое запираться средь бела дня.

Прислоняюсь к деревянной поверхности ухом, явно понимая, что подслушивать стало моей работой, и стараясь понять, о чем же они болтают. Но, кажется, здесь действительно позаботились о звукоизоляции, потому что ничего не слышно, как бы плотнее я не прижималась.

— Харрис! — раздаётся громкий женский крик у меня за спиной, заставляя дернуться и отпрянуть от двери.

— Твою мать, Ева, что ты творишь? — хватаю подругу под локоть и тащу подальше от кабинета рыжей стервы. — Стоп, Ева?!

Удивлённо смотрю на подругу, что самодовольно улыбается, словно только что смогла обогнать шиншиллу в забеге и выиграть банку песка для мытья шерсти.

— Святые корги! Ты как сюда попала? Да ещё и в таком виде? — внимательно рассматриваю подругу, которую первый раз в своей жизни вижу в деловом стиле: юбке карандаш, блузке и, мать вашу, на каблуках!