Илья Муромец

370 А седлайте-тка ко́ней богатырьскиих, Да й поедемтя в раздольице в чисто́ поле, Постоимтя за веру й за отечество, Сохранимте мы да й стольний Киев-град, Сохранимте мы да й церквы божии, 375 Сберегёмте мы князя й Владимира. Говорит тут Самсон еще й Самойлович: — Ай же ты, любимыи мой крестничек, Старый козак да Илья Муромец, А не будем мы коней седлать, 380 Не поедем в раздольице й чисто́ полё, В поле биться, больно й раниться, А на тыи на удары й на тяжелыи, А на тыи ль побоища на смёртныи: Много есть у князя й у Владимира, 385 Много есть господ да и бояринов, Он их ко́рмит, пои́т да и жалуёт, Ничего ведь мы от князя й не предвидели. Старый козак да Илья Муромец А он бьет челом еще й по третий раз, 390 Говорит молодец да й таковы слова: — Ай же ты, крестовый мой батюшка, А Самсон же ты да и Самойлович, А седлай-тка ко́ней богатырьских, Мы поедемте в раздольице чисто́ полё, 395 Постоимте за веру за отечество. Сохранимте вы да й церквы божии, Сберегёмте вы князя́ Владимира. Так тут все молодцы́ на спокой легли. А старый козак Илья да Муромец 400 Выходил молодец да из бела́ шатра, Да й садился молодец тут на добра́ коня, А выехал в раздольице й чисто́ полё Да й ко той ли рать-силе ко великоей. Подъезжал он ко рать-силе ко великоей, 405 Он просил себе тут бога на́ помочь, Да й пречистую пресвятую богородицу, Препускал коня он богатырьского На етую на рать-силу великую. А он стал как силы с крайчика потаптывать, 410 Как куда проедет — па́дёт улицмы, Перевёрнется — дак переулкамы. Яго добрый конь тут богатырьскии Взлепетал язы́ком человечецким: — Ай же, старый ты козак да Илья Муромец, 415 Напускаешь ты на рать-силу й великую, А ведь сила есть тут очинь сильняя, А ведь воины-то есть могучии, Поляницы есть ведь разудалыи; Есть три по́дкопа подко́паны глубокиих, 420 Я прогрязну в первы ямы-по́дкопы глубокии, Я оттуда с по́дкопов повыскочу, А тебя Илью й Муромца повыздыну; Я прогрязну в други ямы-по́дкопы глубокии, А я с дру́гих ям-то ведь повыскочу, 425 А тебя Илью Муромца й повыздыну; Я й прогрязну в третьи ямы-по́дкопы глубокии, Я ведь с третьих ям да как-нибудь повыскочу, А тебя Ильи Муромца не выздыну. Разгорелося сердце й у бога́тыря 430 А у старого ль коза́ка Ильи Муромца, Говорит тут он да й таковы слова: — Ах ты волчья сыть да й травяной мешок, Ты оставить хочешь в ямах во глубокиих! Он берет тут в руки плеточку шелко́вую, 435 Он тут бил коня да й по тучно́й бедры, Перьвый раз он бил коня между ушей, Дру́гой раз он между ноги между заднии, А давал удары всё тяжелыи. Яго й добрый конь тут богатырскии 440 По чисту́ полю он стал поскакивать, Не в пример он зло поехал по чисту́ полю. Он прогрязнул в перьвы ямы-по́дкопы глубокии, А он с перьвых ям еще й повыскочил Да й коза́ка Илью Муромца й повыздынул. 445 Он прогрязнул в други ямы-по́дкопы глубокии, А он с дру́гих ям еще й повыскочил Да й коза́ка Илью Муромца повыздынул. Он прогрязнул в третьи ямы-по́дкопы глубокии, С третьих ям конь еще й повыскочил, 450 А коза́ка Ильи Муромца й не выздынул, Он свернулся с седелышка черкальского, А упал в ямы-по́дкопы глубокии. Не могли захватить коня й татарова. Тут напа́дали татарова й поганыи 455 На того ль дородня добра молодца, Да й сковали Ильи да й ножки резвыи, Да й связали Ильи да ручки белыи, Да й хотели срубить буйну й головушку. Говорят тут татарова й поганыи: 460 — Не рубите-как ему буйно́й головушки, Это есть бога́тырь святорусськии. Вы сведемте его к собаки царю Ка́лину, Что он знает — над ним дак то пусть и делаёт. Повели тут дородня добра молодца 465 А к тому собаке царю Калину. Приводили к собаке царю Калину А вот оне да и во бел шатер. Говорит собака ли царь Ка́лина: — Ай же ты, стерьва й молодой щенок, 470 Напускаешь ты й на рать-силу великую, А ведь сила есть тут очень сильняя, Воины ведь есть могучии, Поляницы есть ведь разудалыи, Есть три по́дкопа подкопаны глубокии, 475 Ай же, старый ты козак да Илья Муромец, Не служи-ка ты князю ведь Владимиру, Ничего ведь вы от князя не предвидите, А служи ты мне, собаке царю Ка́лины, Положу я те́бе ествушку й саха́рнию, 480 Положу я те́бе питьвица медьвяныи, Я дарить буду й да́ры драгоценныи. Говорит собака ли царь Ка́лина: — А раскуйте-ка Ильи вы ножки резвыи, Развяжите-ка Ильи да ручки белыи. 485 Расковали Ильи да ножки резвыи,