А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]
- Автор: Тарасов Борис Николаевич
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Знак
- ISBN: 5-9551-0187-X
- Жанр: Прочая религиозная литература
Электронная книга - «А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]». Краткое содержание книги:
Роман Веры Галактионовой «На острове Буяне»[842] бальзамом пролился на души нынешних славянофилов и книгочеев из числа поклонников социальных утопий. Одну из них в 1970-е годы воссоздал Виктор Астафьев в «Царь-рыбе», а критик Валентин Курбатов на переиздание книги (Иркутск, 2003) откликнулся прекрасной статьей «Время жить и время умирать». Критик выявил антитезу характеров бескорыстного простеца Акима и философа своеволия Гоги. Рыбачий поселок Боганида исчез – «счастливая утопия, последний островок замысленной Богом целостной невинной жизни». Автор статьи расставил акценты: «…Всю Боганиду Аким теперь носил в себе». Народному типажу противостоит Гога Герцев – «нашей цивилизации дитя», который числит «людей и природу только как материал для удовлетворения его, Гогиных, нужд»[843]. Нельзя не согласиться с критиком, что Виктор Астафьев задолго до перестройки и реформ изобразил «предтечу» нынешнего поколения «победителей». Истоки Гогиной «философии своеволия, психологии умеренного негодяйства» Курбатов усматривает в персонажах романа Достоевского «Бесы». Все так. Но! В новейшей прозе антитеза Достоевского воплощается иначе – это не противостояние характеров (позитив и негатив), а противоборство высокого и низкого в одном и том же характере: поле битвы – душа человека.
О романах Юрия Полякова «Замыслил я побег»[844] и Петра Алешкина «Откровение Егора Анохина»[845] у меня опубликована статья «Сойдемся в круг, друзья»[846], повторю суть вкратце. Эти прозаики антитезу высокого-низкого выявляют у русского интеллигента (метания Башмакова в романе Полякова заканчиваются гибелью персонажа) и у крестьянского сына (Анохин в романе Алешкина обрывает свои душевные терзания убийством односельчанина). Наша смутная эпоха, как свидетельствует проза, отозвалась в психологии русского человека смутой же. Невозможно противопоставить положительного персонажа отрицательному, какими были у В. Астафьева Аким и Гога, так сказать, праведник и негодяй.
П. Алешкин осмысливает тамбовское восстание как стихийный социальный взрыв, обнаживший крестьянский характер, когда столкнулись большевистская доктрина и белогвардейская идеология. В романе «Откровение Егора Анохина» смоделирована генетическая клетка общества. Любовь двух персонажей к одной женщине, поповской дочери Настеньке соединяет сквозным сюжетным ходом антиподов (красного и белого) намертво. Сцепка проявила русский характер, увы, не с лучшей стороны; не соборность и любовь к ближнему показал П. Алешкин, а равнодушие и жестокость. Во время антоновского восстания крестьяне (с той и с другой стороны) уничтожали земляков, не жалели односельчан. Показывая это, современный прозаик льет воду на мельницу славянофилов, поскольку стремится пробудить у читателей извечное качество русских – добросердечие. В рассказе Владимира Еременко «Мечта дяди Вани»[847] суть характера дяди Вани – именно добросердечие.
Настроение и сомнения Егора Анохина присущи и герою повести Владимира Крупина «Прощай, Россия, встретимся в раю»[848]. Сюжет незамысловат, два старика в селе Никольском – автор и Костя – «разговоры разговаривают» и строят баню из материала, который собирается под рукой.
«– Сталин нужен! – говорит Костя. – И чтоб баб приковать цепями к плите, тогда выживем.
– Нет, Россию спасет Православие, – говорю я.
Так что мы с Костей по-разному смотрим на возможности спасения России».
Почему же спасать? Призадумается иной читатель и найдет в повести разъяснение, что после рыночных преобразований россияне оказались у разбитого корыта: «Государство правовое, а мы бесправны». «Но кто впереди в этом мире, – спрашивает Крупин в статье “Что общего у света с тьмой?” и отвечает там же. – Тот, кто ближе ко Христу… Православие…».[849]
У аспиранта Литературного института Александра Суворова «Рассказ опустившегося человека»[850] в рукописи назывался «Человек без паспорта»; очень точное было название.
Как-то, включив приемник, я услышала размышления о том, что христианская мораль пробуждает сострадание к слабому, а рыночная конкуренция формирует пренебрежение к неудачнику. Соборность у славянофилов как раз и обосновывалась христианской моралью.
Персонаж рассказа, художник Серёгин – именно такой, слабый человек. Прозаик как бы задался целью рассмотреть отношение общества к «слабаку». Солидарность или отчуждение? Что главенствует? Слабость Серёгина в том, что ему был равно притягателен идеал и добродетели, и греха; руководил детской студией живописи, а сам рисовал дьяволиц; любил женщину, но отказывался вступить с ней в супружеский брак; имел в Казани квартиру, не дорожил ею. Помчался в столицу, но фантом славы, поманивший в Москву, развеялся, словно дым; картины потерялись, квартира, сданная мошеннику, была украдена. Вдобавок ко всем бедам потерялся паспорт, без которого невозможно устроиться на работу. Тут-то Серёгин и узнал, почем фунт лиха: «…Те, что прежде казались друзьями, услыхав о моих злоключениях, вежливо, но твердо отказались “войти в мое положение”. “Извини, старик, – звучало в ответ, – у меня у самого проблемы”. И это были те люди, с которыми я делился в лучшие времена самым сокровенным. Я уже не удивлялся ничему на этом черном свете. Я стал человеком с проблемами, изгоем, которого надо сторониться».
842
Наш современник. 2003. № 7, 8.
843
Курбатов В. Время жить и время умирать // Литературная Россия. 2003. № 58.
844
Поляков Ю. Небо падших: Сб. М., 2002.
845
Алешкин П. Откровение Егора Анохина: Роман. М., 2003
846
Ляшева Р. Сойдемся в круг, друзья // Литературная Россия. 2003. № 23.
847
Еременко В. Мечта дяди Вани: Рассказ // Литературная газета. 2004. № 11.
848
Крупин В. Повести последнего времени. М., 2003.
849
Крупин В. Что общего у света с тьмой? // Российский писатель. 2004. № 5.
850
Суворов А. Рассказ опустившегося человека // Наш современник. 2002. № 4.