А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2 [litres]

II

В дни проведения V Международной ярмарки интеллектуальной литературы «Non fction» в ЦДХ на Крымском валу «Народное радио» (28.11.2003) организовало передачу в прямом эфире о Льве Гумилеве. Телефон в студии, наверное, раскалился от звонков жаждавших получить в подарок книгу знаменитого евразийца, когда они ринулись отвечать на вопросы викторины. Месяцем раньше в Малом зале ЦДЛ проходил вечер, посвященный славянофилу Николаю Страхову. Заседание вела литературный критик Капитолина Кокшенева. В своем выступлении, а также в появившейся вскоре статье «Чего не делать?»[840] она противопоставила «разрушительной “сверхсиле”» современного нигилизма идеи консерваторов. Что ж, все возвращается на круги своя. Можно порадоваться возрождению того направления русской мысли, которое долго пребывало в тени. Исторический маятник качнулся в другую сторону, в сторону позитива. Живейшая дискуссия в ЦДЛ показала, что идеи славянофилов не превратились в музейные экспонаты; страсти вокруг них разгорелись нешуточные.

Вот что примечательно. Кандидат географических наук и главный редактор издательства «Айрис-пресс» Елена Гончарова, проводившая передачу на «Народном радио», одной из особенностей теории этногенеза Гумилева назвала стыковку естественных и гуманитарных наук, что и прогнозировал А. Хомяков. Президент Русского географического общества Сергей Лавров объяснил оригинальность концепции развития этносов природными закономерностями, а не идеологическими схемами марксизма.[841]

Кандидат искусствоведческих наук Капитолина Кокшенева отнюдь не сторонник марксистских догм, но влияние естественных наук на гуманитарные ей не по нраву, потому что в XIX веке против подобного увлечения боролся публицист и философ Николай Страхов; романтическая волна секуляризации культуры ко времени Страхова уже схлынула.

Надо же, споры закипели по новой, хотя на дворе XXI век. Можно подумать, ХХ-й не оставил следа. Нет, естественно, «наследил» по полной программе. В России XX век прошел под эгидой именно гуманитарной теории, только не славянофильской, а марксистской. Так что новый всплеск интереса к естественнонаучной трактовке экзистенциальных проблем – реакция на худосочный рационализм.

Спор о приоритете духовного или природного начал не миновал немецких романтиков и русских славянофилов, он периодически дает о себе знать в истории культуры, то затихая, то вновь разгораясь. Сейчас в этой точке славянофильство и евразийство толкаются локтями.