Артем Гармаш [Роман в трех книгах]

Пока не достигли дна оврага, Артем ни о чем не спрашивал — не сорваться бы с крутизны. А теперь, на дне оврага, Артем наконец поинтересовался: куда же он его ведет?

— Туда, куда нужно, Сусанин сказал, — не останавливаясь через плечо ответил Серега.

Теперь это снова был тот Серега, каким знал его Артем еще в красногвардейском отряде патронного завода, — веселый, остроумный шутник; и все это не за счет, а, наоборот, в сочетании с серьезным отношением к делам важным, к своим обязанностям. Несомненно, и сейчас не что иное, как чувство долга и ответственности за безопасность товарища, который доверился ему, мгновенно, как водой, смыло с него и усталость и порожденную ею душевную депрессию.

Бодрый, неспешным шагом, вперевалочку шел он впереди, время от времени предостерегая товарища: яма, ветка! Но вот вошли в кустарники. Остановившись перекурить — времени у них еще достаточно, Серега наконец раскрыл Артему свои планы.

Идут они на городское кладбище, где Серегин дядька служит сторожем при кладбищенской церкви. Там и живет с женой в домишке при церкви. Лучшего места для того, чтобы спрятаться, не найти во всем Славгороде. Конечно же имеется в виду не дядькина хатенка. На кладбище Серега такие места знает, что черта с два найдут! Но тайник — это только на крайний случай: на время возможной облавы или обыска. А в спокойное время Артем сможет чувствовать себя совершенно свободно, как наземный житель кладбища. И даже с харчами никаких хлопот — тетка будет кормить. Нечем платить — ерунда. Тут же, на месте, можно будет и заработать на харч. Что Серега и делает последнее время. Есть постоянные могильщики — от похоронной конторы. Но сейчас они не управляются по причине сыпняка, вот Серега и помогает им. Когда сам, а чаще с напарником. Уже с полсотни ям выкопали с весны. Вот и сегодня он как своего нового напарника отрекомендует Артема дядьке Авраму. Но поначалу доведется все же какое-то время пересидеть в тайнике. Ведь не может быть, чтобы они с самого утра не кинулись на кладбище. Это же — по их разумению — наиболее вероятное место захоронения снятых с виселиц останков партизан. А коли так, то разве можно предположить, что кладбищенский сторож ничего не знает? Непременно будут здесь. Возможно, что именно с кладбища и начнут. Как ты думаешь?