Идеология русской государственности. Континент Россия [litres]

Однако с началом царствования Николая II ситуация кардинально изменилась. Так или иначе, престол перешёл к однозначному приоритету в обслуживании интересов крупного рентного, финансового капитала. Толчком к этому решению послужило введение Германией заградительных ввозных пошлин для русского зерна, объясняемое недоступностью для германских товаров внутреннего российского рынка. И без всякого предупреждения для русского купечества и промышленников для Германии было сделано исключение из общего таможенного тарифа (1902). Представляется, что дело было не только в германском экономическом вопросе. Последовательно возраставшая степень влияния финансовых – банковских и экспортных – кругов на власть достигла критического уровня, и, по сути, престол утратил позицию «над схваткой», сросся с этой ветвью капитала. Введение николаевского (Николая II) золотого рубля было мерой, прямо направленной на включение России в мировую, то есть западную, финансовую систему.

Было и другое – абсолютно современное нам – требование престола и правительства к русскому предпринимательству. Оно прямо вводило в оборот социалистический принцип организации хозяйства без всякой передачи государственной власти труду. Самодержцы хотели, чтобы внутренний «бизнес» вёлся социально ответственно, чтобы русские предприниматели сами обеспечивали «социальный пакет» своим работникам, строили жильё, школы, больницы, обеспечивали выплаты по несчастным случаям на производстве. Старообрядческая часть купеческого сословия сама создавала такие «социально-производственные» системы хозяйствования – для своих, но и они, и большинство купечества было против подобного «корпоративного социализма» для всех и требовало, чтобы такие социальные обязательства несло на себе исключительно государство.

Осознав радикальную смену государством экономической позиции, его фактическое слияние с крупным капиталом, отечественный внутренний «бизнес» перешёл с патриотических позиций на революционные, решив, что, захватив власть, он сам будет назначать желательные ему пошлины и устанавливать удобные правила, ограничит влияние крупных финансистов и оттеснит их от правительства. Вот тут и была объявлена война «царизму», центру финансового капитала. Конечной целью отечественного делового сообщества был парламент, то есть законодательное собрание, назначающее ответственное перед этим собранием правительство. Именно парламент мог бы, как казалось отечественным промышленникам и торговцам, объединить весьма многочисленный в персональном выражении и распылённый средний капитал, стать площадкой договорённостей и выяснения отношений. Крупный капитал, сконцентрированный у меньшего числа лиц, имеющих к тому же аристократический статус, довольствовался как раз компактными консультативными институтами вокруг трона, держал правительство в своих руках. Купечество решительно взялось за дело революции, профинансировав, возможно, самый масштабный в царской России культурный проект мобилизации интеллигенции, мелкого чиновничества, офицерства и просто мещанства на базе левой социалистической идеологии. То, что мы знаем как расцвет русского театра, литературы, живописи, искусств начала XX века, просто не состоялось бы без продюсерской и меценатской роли русского внутреннего капитала. Этот расцвет имел идеологические и политические цели по расшатыванию устоев самодержавия и целей этих достиг. А с другой стороны, те же политики от внутреннего «бизнеса» всячески поддерживали и продвигали террористический, в том числе большевистский фланг, понимая, что наступит момент, когда в деле захвата власти нужно будет действовать не убеждением, а принуждением. В этом революционном деле русское купечество продемонстрировало исключительную сплочённость, по существу организовав и профинансировав революции 1905–1907 годов и февраля 1917-го. К моменту последней, добившей самодержавие окончательно, именно внутренний капитал приобрёл огромный дополнительный финансовый, организационный, идеологический ресурс за счёт захвата (и создания) купцами и промышленниками системных всероссийских организаций, призванных снабжать фронт от имени общества, а не государства. Но на государственные средства. Таким образом, революция делалась на бюджетные деньги.