«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Через 4 дня после этой великой битвы султан разделил свою армию, не вполне понимая, что является дальнейшим пунктом пилигримов после занятия близлежащей Яффы. Очевидно, они должны были идти на Иерусалим, но рисунок движения внезапно поломался. Как вскоре выяснилось, не случайно. Обозрев свое воинство и подсчитав резервы, Ричард крепко задумался о будущих перспективах. В нем все более укреплялась мысль прервать Крестовый поход и с благословения папы в следующем году набрать новую армию и направиться к Иерусалиму.

Два месяца Ричард переписывался с Европой и другими вождями, а в это время его войско, отдыхая в уютной Яффе, совершенно утратило наступательный порыв. Часть крестоносцев вернулась в Акру и, несмотря на гневные требования короля, переданные через Гвидо де Лузиньяна, не собиралась возвращаться на фронт боевых действий. Самого Ричарда едва не захватили в плен сарацины, когда он довольно легкомысленно в сопровождении небольшого отряда отправился на разведку. Спас его благородный рыцарь Вильгельм де Прево, выдавший себя за Английского короля[1054].

Используя свой шанс, Саладин сделал все, чтобы внести раскол в ряды латинян. Причем делал это демонстративно, не скрывая свои намерения перед Английским монархом[1055]. И вот уже бургундцы и французы начали открыто протестовать против попыток Английского короля навязать им свое командование. Трижды Ричард давал приказ идти на Иерусалим, и каждый раз внутренние споры в его стане срывали начало похода. Ктото полагал, что зимняя погода не способствует началу осады, другие вообще разуверились в успехе предприятия. Так, например, герцог Бургундский внезапно оставил крестоносную армию и возвратился домой[1056].

Но, как ни странно, именно в это время отношения между Саладином и Ричардом из уважительных стали понастоящему дружескими. Оба монарха постоянно обменивались посланиями, посольствами и дарами. А однажды брат султана МелиальАдиль, служащий постоянным посредником между двумя вождями, привез Саладину удивительное предложение от Ричарда. Тот считал возможным обручить МелиальАдиля со своей сестрой, вдовствующей королевой Иоанной Сицилийской (она как раз присоединилась к армии крестоносцев в Яффе), после чего они должны были стать соправителями Иерусалимского королевства. Оба монарха, муж и жена, обязывались передать в собственность нового королевства все свои завоеванные сарацинами и крестоносцами в минувшей войне владения. На самом деле это был не только жест доброй воли, но и расчет на то, что такое предложение не может не поссорить султана с его окружением, где первое место принадлежало «жениху» – МелиальАдилю[1057].