«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Затем Барбаросса вторгся в Киликию, и тут произошло несчастье, перечеркнувшее все надежды крестоносцев. 9 июня 1190 г. при переправе через реку Салеф 70летний Германский император утонул, а за смертью Фридриха I Барбароссы дальнейший поход германцев уже не мог иметь успеха. Как писал один арабский хроникер: «Если бы по милосердной воле Аллаха, Германский император не скончался в тот момент, когда он хотел вторгнуться в Сирию, то в последующие времена можно было сказать про Сирию и Египет: здесь некогда правили мусульмане!»[1043]

Практически сразу после этого значительная часть немцев заявила о своем намерении вернуться на родину. Оставшиеся под командованием герцога Фридриха Швабского рыцари направились к Антиохии, чтобы осенью 1190 г. в заметно ослабленном составе прийти, наконец, к Акре[1044]. Увы, в этом городе, где их встречали так радостно и пышно, германцев ждала чума, унесшая жизни тысяч пилигримов. От отчаяния некоторые германские аристократы попытались отправиться из Антиохии на Юг, где их уже ждали отряды конницы Саладина. Пленных немцев было так много, что их толпами продавали на рынках Алеппо.

Спас положение Фридриха Швабского маркграф Конрад Монферратский, прибывший в Антиохию и выведший оттуда к Акре остатки германского воинства. Но затем произошла очередная трагедия – 20 января 1191 г. у стен Акры умер от малярии герцог Фридрих Швабский, после чего остатки германских крестоносцев покинули лагерь пилигримов и вернулись на родину. И хотя, как видим, роль Германии в этом Крестовом походе оказалась незначительной, именно ими в 1198 г. был основан в Акре рыцарский монашеский орден «Святой Марии Тевтонской в Иерусалиме» (Тевтонский орден), сыгравший столь значимую роль в русской истории[1045].

Соединение летом 1191 г. под стенами этого города всех вождей Крестового похода не повлекло никаких положительных перемен. Напротив, разногласия и вражда все активнее разрушали союз Ричарда Львиное Сердце с Филиппом Августом, и Английский король не раз высказывался в том духе, что Саладин ему несравнимо ближе Французского собрата. Неприязнь между Филиппом Августом и Ричардом достигла такой точки, что Французский король открыто говорил о том, будто боится пасть от кинжала наемных убийц англичанина. Два короля попрежнему упорно спорили изза Кипра, на часть территории которого претендовали французы по условиям заключенного в начале Крестового похода договора. Ричард же настаивал на том, что речь о равномерном разделе добычи касалась только мусульманских земель.