Все расследования Шерлока Холмса [litres]

Конечно, это не лучший способ заводить друзей, но весьма действенный. После этого я десять дней провалялся в постели, а Тревор навещал меня в больнице. Первый раз, когда он пришел, мы разговаривали не больше минуты, но постепенно его визиты стали продолжительнее, и к концу семестра мы были уже настоящими друзьями. Это был общительный молодой человек, полный сил и энергии, можно сказать, моя противоположность. Однако было у нас и много общего и спустя какое-то время я выяснил, что у Тревора, как и у меня, совсем нет друзей. Летом он пригласил меня погостить в доме своего отца, который жил в Норфолке, в городке Донниторп. Я решил, что вполне могу позволить себе потратить месяц каникул, и принял предложение.

Тревор-старший, землевладелец, мировой судья, был, очевидно, человеком состоятельным и уважаемым. Донниторп – это даже не городок, а скорее небольшая деревушка, расположенная к северу от Лангмера в местности под названием Бродз. Дом Тревора оказался большим старомодным зданием, с широкими пристройками, кирпичным, но с дубовыми балками. К нему вела красивая аллея. Вокруг Донниторпа полно озер, поэтому там прекрасная охота на уток и рыбалка. Можно еще упомянуть небольшую, но с умом подобранную библиотеку, скорее всего оставшуюся в наследство от предыдущего хозяина дома, и вполне сносную еду. В общем, отдых в таком дивном месте не доставил бы истинного наслаждения лишь очень привередливому человеку.

Тревор-старший был вдовцом, а мой друг – его единственным сыном. Я слышал, у судьи была и дочь, но она умерла от дифтерии во время поездки в Бирмингем. Отец Виктора весьма заинтересовал меня. Это был человек малообразованный, но обладал удивительной, я бы даже сказал, грубой силой и недюжинным интеллектом. Книг он почти не читал, зато объездил полсвета и много повидал на своем веку. К тому же у него была отменная память. С виду это был дородный, крепкий пожилой мужчина с копной седеющих волос, сильно загорелым обветренным лицом и пронзительными голубыми глазами. Но жители деревни знали судью как доброго, отзывчивого человека, к тому же он был известен тем, что всегда выносил самые мягкие приговоры.

Однажды вечером вскоре после моего приезда мы, поужинав, засиделись за портвейном, когда Тревор-младший заговорил о моей привычке наблюдать и делать выводы, которую я к тому времени уже оформил в определенную систему, хотя еще не догадывался, какую роль она сыграет в моей жизни. Старик явно решил, что его сын сильно преувеличивал, когда описывал мои способности.