![Средь тяжкого труда и скорби [СИ] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/8/1/6/9/sred-tyazhkogo-truda-i-skorbi-si-download.jpg)
Средь тяжкого труда и скорби [СИ]
- Автор: Вебер Дэвид Марк
- Серия: Сэйфхолд #6
- Язык: русский
- Переводчик: Николай Порфирьевич Фуризиков
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Средь тяжкого труда и скорби [СИ]». Краткое содержание книги:
Гуманитарная помощь Чарисийской империи помогла республике Сиддармарк пережить тяжелейшую зиму после восстания лоялистов Церкви, массового голода и смертей из-за уничтоженного ими продовольствия и жилья. Слабо вооруженные республиканские силы не справились с огромными враждебными армиями, которые оккупировали почти половину территории государства. Их остановили только спешно переброшенные союзные чарисийские войска и сорвавший снабжение захватчиков рейд первых паровых миниброненосцев по тыловым рекам и каналам. Снова технологическое превосходство империи, храбрость и инициатива ее людей… с небольшой помощью сейджина Мерлина позволили выстоять в неравной борьбе. Бежавшие от убийц инквизиции княжна Айрис Дейкин и ее брат Дейвин, малолетний князь Корисанды, чувствовали себя как дома на чарисийском галеоне, во время пребывания в столице Чариса Теллесберге и в морском путешествии в Чисхолм с императрицей Шарлиан, и Айрис полюбила спасшего их лейтенанта Гектора Аплин-Армака.
Дизайн и изображение на обложке предложены англоязычным издательством
— Они все с опытом, — повторила она. — Они знают, какая погода в это время года. И ваши инструкции по плаванию ясно дали понять, что они должны предполагать худшее.
— Есть разница между знанием того, какая погода, и знанием того, что ты направляешься прямо в один из самых сильных штормов за последние двадцать лет. — Голос Кэйлеба был таким же мрачным, как и выражение его лица. — Я ставлю любые шансы, которые ты попросишь, что мы потеряем по крайней мере несколько из этих кораблей, Шарли.
— Думаю, вы, возможно, чересчур пессимистичны, — сказал голос из прозрачной пробки, которую каждый из них носил в одном ухе. — Я понимаю почему, но давай не будем брать на себя вину, пока не придет время ее почувствовать, Кэйлеб.
— Я должен был отложить их отплытие. Всего три или четыре дня — может быть, целых пять дней. Как раз достаточно долго, чтобы море Энвил очистилось.
— И как это объяснить, Кэйлеб? — тихо спросила Шарлиан. — Мы можем отслеживать погодные фронты — ты не хочешь объяснить кому-нибудь еще, как нам это удается? И без каких-либо объяснений, как мы можем оправдать задержку с едой, когда все в империи — по крайней мере, по эту сторону Чисхолма — знают, как отчаянно в ней нуждаются?
— Если уж на то пошло, Кэйлеб, — сказал Мерлин Этроуз по коммуникатору, — это крайне необходимо. Мне неприятно это говорить, но любые жизни, которые мы потеряем из-за ветра и непогоды, будут значительно уступать жизням, которые мы спасем от голода. И, — его глубокий голос стал нежным, — разве жизни чарисийских моряков стоят больше, чем жизни голодающих детей Сиддармарка? Особенно когда некоторые из детей, о которых идет речь, сами являются чарисийцами? Вы можете быть императором, но вы не Бог. Имеете ли вы право приказать им не выходить в море? Не рисковать их жизнями? Как вы думаете, что бы сказали экипажи этих галеонов, если бы вы спросили их, хотят ли они плыть, даже если бы они знали, что столкнутся с самым сильным штормом, который может предложить море Энвил, зная, как сильно еда, которую они несут, нужна на другом конце пути? Люди сталкивались с гораздо худшими опасностями по гораздо худшим причинам.
— Но у них не было возможности выбирать. Они…
Кэйлеб оборвал себя и взмахнул левой рукой в резком рубящем жесте. Шарлиан вздохнула и повернулась, чтобы прижаться лицом к его тунике, обхватив его обеими руками, и они стояли так несколько секунд. Затем настала его очередь глубоко вздохнуть и решительно отвернуться от окна и этих медленно уменьшающихся прямоугольников и пирамид холста.
Поворот привел его лицом к лицу к высокому седовласому мужчине с великолепной бородой и большими жилистыми руками, одетому в белую сутану с оранжевой отделкой. Лента в виде ласточкина хвоста на его шапочке священника сзади тоже была оранжевой, а на левой руке поблескивало рубиновое служебное кольцо.
— Я заметил, что вам нечего было сказать о моем маленьком капризе, — сказал ему император, и он слабо улыбнулся.
— Я знаю тебя с тех пор, как ты был мальчиком, Кэйлеб, — ответил архиепископ Мейкел Стейнейр. — В отличие от Шарли и Мерлина, я давно понял, что единственный способ справиться с этим твоим самобичеванием — это переждать. В конце концов даже ты поймешь, что относишься к себе строже, чем к кому-либо другому, и мы сможем перейти к более выгодному использованию нашего времени.
— Вы всегда так сострадательны и поддерживаете меня в трудную минуту, ваше преосвященство, — сардонически сказал Кэйлеб, и Стейнейр усмехнулся.
— Ты действительно предпочел бы, чтобы у меня были заплаканные глаза вместо того, чтобы пнуть тебя — уважительно, конечно — в задницу?
— Это, по крайней мере, имело бы преимущество новизны, — сухо ответил Кэйлеб, и архиепископ снова усмехнулся. Затем он приподнял бровь, глядя на императорскую чету, и указал на небольшой стол для совещаний, ожидающий под одним из световых люков, установленных в наклонной крыше башни.
— Я полагаю, что да. — Кэйлеб вздохнул и повел Шарлиан к нему. Он выдвинул для нее стул, затем подождал, пока сядет Стейнейр, прежде чем занять свое место.
— Будет здорово, когда ты вернешься домой, Мерлин. Я не могу придушить тебя как следует, когда ты так далеко, — заметил он в пустоту, когда сел, и настала очередь Мерлина усмехнуться.
— Увидимся завтра, — пообещал он, — и ты сможешь душить сколько душе угодно. Или, во всяком случае, попытаться. И поездка того стоила. Мы никогда не преодолеем дыру, оставленную Мандрейном, но капитан Разуэйл и сам оказывается довольно впечатляющим. На самом деле даже более впечатляющим, чем я ожидал. Более того, я не слишком удивлюсь, если в недалеком будущем он окажется кандидатом во внутренний круг.