Следующая пандемия. Инсайдерский рассказ о борьбе с самой страшной угрозой человечеству [litres]

Наше расследование привело нас и в порты – надо было посмотреть, как привозят овец и где их держат. Было известно, что 80 процентов животных поступает в эмираты из Австралии, где нет ни смертельно опасных клещей из рода Hyalomma, ни вируса конго-крымской лихорадки, переносчиком которого является этот вид клещей. Следовательно, эти овцы были здоровы. Оказалось, однако, что их смешивали с животными из Сомали и Ирана – стран, где это заболевание присутствует. Невинные австралийские овечки заражались конго-крымской лихорадкой через клещей, попадавших на них с других овец или из загонов, и к моменту убоя имели в крови крайне высокое содержание вируса. Пораженных клещами животных контрабандой ввозили через Персидский залив на маленьких лодках, поэтому запрещать импорт было бессмысленно. Очевидное решение – перестать смешивать животных, но здесь мы ничего не могли поделать с предпочтениями местных жителей. Морда австралийской овцы, по их словам, была похожа на лицо дьявола, так что они предпочитали животных из своего региона.

Мы дали ряд рекомендаций – от защиты мясников и других лиц, обращающихся с животными, до внедрения системы мониторинга новых инфекций. Еще мы посоветовали отделять австралийских овец от местных, погружать последних в раствор от клещей до помещения в загоны, а сами загоны обрабатывать дезинфицирующим средством каждый раз при смене животных. Мы оставили и рибавирин (противовирусный препарат), который уже показал свою эффективность в небольших исследованиях, для использования в местных больницах при любых подозрениях на конго-крымскую лихорадку.

Вспышка в ОАЭ стала крупнейшей за всю историю наблюдений, но в регионе эта болезнь не была чем-то необычным. Пока я находился в ОАЭ, Министерство здравоохранения Саудовской Аравии пригласило меня на консультацию по поводу конго-крымской лихорадки среди гастарбайтеров – случаи наблюдались и там. Поэтому я получил в Дубае визу и полетел в Эр-Рияд. К сожалению, человек, который должен был меня встретить, решил не приезжать в аэропорт, так как было уже поздно и шел дождь. Переговоры с таможенной и иммиграционной службой мне пришлось вести самостоятельно. Пограничник по-арабски попросил мой паспорт. Я не понял. Тогда он увидел паспорт у меня в руке и повторил вопрос на английском языке. Я вручил ему свой служебный паспорт гражданина США.